Весь Мегрэ. Том 3

Я пошлю к вам кого-нибудь за письмом и после окончания дела сразу верну.

— Договорились. Удачи!

Мегрэ повернулся к дверям. В них стоял старый служитель Жозеф, а за ним виднелся мужчина в бежевой форме с широкими коричневыми лампасами на брюках. На бежевой фуражке сверкал герб в виде золотой короны.

— Этот господин настаивает на том, чтобы вручить вам лично небольшой пакет; я не смог ему помешать.

— В чем дело? — спросил комиссар у пришедшего.

— Поручение от господина Лербье.

— Торговца кожаными изделиями?

— Да.

— Ответ нужен?

— Об этом мне ничего не сказали, но пакет поручили передать лично в руки. Вчера в конце дня господин Лербье сам дал мне это поручение.

Мегрэ распаковал бежевую картонную коробку с неизменной короной и увидел черный бумажник крокодиловой кожи с золотыми уголками. Корона на бумажнике была тоже золотая. Внутри лежала визитная карточка с надписью: «В знак признательности». Комиссар положил бумажник обратно в коробку.

— Минутку, — обратился он к рассыльному. — Вы запакуете, безусловно, лучше меня.

— Вам не нравится? — удивился мужчина.

— Скажите вашему шефу, что я не привык получать подарки. Если хотите, прибавьте, что я тронут.

— Вы ему не напишете?

— Нет.

Настойчиво зазвонил телефон.

— Послушайте-ка! Идите заворачивать пакет в приемную. Я очень занят.

Оставшись наконец один, комиссар снял трубку.

Глава 6

— Спрашивают вас, господин комиссар, но назвать себя не хотят. Соединить? Человек утверждает, что вы знаете, кто он.

— Давайте.

Мегрэ услышал щелчок и слегка изменившимся голосом произнес:

— Алло!

После секундного молчания далекий собеседник, как эхо, повторил:

— Алло!

Оба были взволнованны, и Мегрэ дал себе слово избегать всего, что может вспугнуть человека на другом конце линии.

— Вы знаете, кто с вами говорит?

— Да.

— Вам известно, как меня зовут?

— Имя не имеет значения.

— Вы не попытаетесь установить, откуда я звоню?

Голос звучал нерешительно. Человеку явно не хватало уверенности, и он храбрился.

— Нет.

— Почему?

— Потому что это меня не интересует.

— Вы мне не верите?

— Верю.

— Вы считаете, что я — человек с улицы Попенкур?

— Да.

На этот раз молчание было более долгим, потом робкий тревожный голос спросил:

— Вы слушаете?

— Да.

— Письмо, которое я послал в газету, уже у вас?

— Нет, мне его прочли по телефону.

— А вырезку с фотографией вы получили?

— Да.

— Вы мне верите? Или считаете, что я тронутый?

— Я уже сказал…

— Что вы обо мне думаете?

— Во-первых, я знаю, что вы никогда не были под судом.

— Это по отпечаткам моих пальцев?

— Именно. Вы привыкли к скромной размеренной жизни.

— Как вы догадались?

Мегрэ замолчал, его собеседника вновь охватила паника.

— Не вешайте трубку.

— Вам хочется многое мне сказать?

— Не, знаю… Пожалуй.