Весь Мегрэ. Том 3

— Ваша жена в курсе?

— Разумеется, нет.

— А ваш брат?

— Я был вынужден рассказать ему, пришлось ведь придумать, будто по четвергам я должен бывать в нашем представительстве в Марселе. Гастон считает меня идиотом, — не без простодушия добавил он.

Мегрэ удержался от улыбки.

— Как подумаю, что я только что был готов расплакаться перед этим человеком, который…

— Флорантен не единственный.

— Что вы имеете в виду, господин комиссар?

— Скончайся она иначе, я не стал бы вас ни во что посвящать, господин Курсель. Но ее убили. На меня возложена обязанность отыскать убийцу, а это возможно лишь в атмосфере доверия.

— Вам известно, кто стрелял?

— Пока нет. Не считая Флорантена, вас, регулярно навещавших ее, было четверо.

Курсель тряхнул головой, словно все никак не мог поверить.

— Я чуть было не женился на ней. Не удержи меня Гастон, как знать…

— Среда была днем высокопоставленного чиновника, на ночь он не оставался.

— Вы с ним виделись?

— Сегодня утром.

— Он признался?

— Он не скрывал от меня ни самих посещений, ни их характера.

— Сколько ему лет?

— Пятьдесят пять. А не встречали ли вы случайно хромого — может быть, в лифте или в квартире?

— Нет.

— Один из вас, мужчина в летах, был хромым, я скоро отыщу его, если это уже не сделано моими инспекторами.

— Кто еще? — вздохнул Курсель, торопясь закончить разговор.

— Еще некий рыжеволосый молодой человек, моложе вас всех. Ему лет тридцать, работает в страховой компании.

— Полагаю, вы не знали Жозе при жизни?

— Да, это так.

— Если бы вы ее знали, вам было бы понятно мое замешательство. Можно было поклясться, что она — сама честность. Честность, доходящая до наивности.

— Вы давали ей на жизнь?

— Приходилось упрашивать, чтобы она взяла. Она хотела устроиться на работу в какой-нибудь магазин, бельевой например. Но была не слишком крепкого здоровья. С ней случались приступы головокружения. Она всегда считала, что я слишком щедр… — В этот момент его осенило. — А другие? Они что, тоже?

— Боюсь, что да, господин Курсель. Каждый из вас содержал ее, за исключением, может быть, рыжеволосого молодого человека: скоро я буду знать. Во всяком случае, это верно в отношении высокопоставленного лица, с которым я беседовал утром.

— На что же у нее уходили деньги? Вкусы ее были столь непритязательны.

— Для начала она приобрела дом на улице Мон-Сени. А по ее смерти в квартире осталось сорок восемь тысяч франков. А теперь попробуйте справиться с вашим смятением и поразмыслить. Я не спрашиваю, где вы были вчера между тремя и четырьмя часами пополудни…

— Я ехал на своем автомобиле из Руана и в четверть четвертого проезжал туннель Сен-Клу. — Тут он запнулся и оторопело уставился на Мегрэ.