Весь Мегрэ. Том 3

— Он трудный мальчик?

— У него был трудный период между двенадцатью и тринадцатью годами. Случалось, он выходил из себя, но быстро успокаивался. Особенно нетерпим он был к сестре, если та осмеливалась сделать ему замечание. Но это прошло. Я сказал бы, что теперь, на мой взгляд, он даже слишком спокойный, слишком замкнутый.

— Есть у него друзья?"

"— Я знаю только одного, он довольно часто приходит к нему, и они вместе слушают музыку. Некий Женювье, сын кондитера из предместья Сент-Онорэ… Должно быть, вы слышали его имя… Хозяйки приходят к нему в магазин даже издалека…

— Если вы не возражаете, я поговорю еще с вашей секретаршей.

— Какое она произвела на рас впечатление?

— Умна… Непосредственна и вместе с тем вдумчива…

Видимо, эти слова понравились адвокату, и он пробормотал вполголоса:

— Она мне очень дорога…

Парандон снова погрузился в свои бумаги, а Мегрэ вернулся в комнату мадемуазель Ваг. Девушка даже не делала вида, что работает, она явно его ждала.

— Один вопрос, мадемуазель, хотя он может показаться вам нелепым… Что, сын Парандона… Жак…

— Здесь все его зовут Гюсом…

— Так вот, этот Гюс уже приударял за вами?

— Да ему же всего пятнадцать лет!

— Знаю. Но именно этому возрасту свойственно повышенное любопытство к некоторым сторонам жизни, пробуждение чувств…

Мадемуазель Ваг задумалась. Как и Парандон, она всегда задумывалась, словно адвокат приучил ее к точности.

— Нет, — сказала она наконец. — Когда я его увидела в первый раз, он был еще совсем ребенком. Он приходил просить у меня марки для коллекции и растаскивал уйму карандашей и резинок. Иногда просил помочь ему в уроках. Он садился там, где сидите вы, и с важным видом наблюдал, как я работаю…

— А теперь?

— Теперь он на полголовы выше меня и уже год как бреется. Если ему и случается что-нибудь у меня стянуть, так только сигареты, когда забудет купить.

Мадемуазель Ваг вдруг потянулась за сигаретой, а Мегрэ тем временем стал медленно набивать свою трубку.

— Теперь он к вам заходит чаще, чем прежде?

— Напротив. Я, кажется, уже говорила вам, что у него своя жизнь, и с домашними он встречается только за столом. Когда в доме гости, он в столовую даже не заходит и предпочитает есть на кухне.

— А какие у Гюса отношения с прислугой?

— Для него нет разницы между людьми. Даже когда он опаздывает, он не соглашается, чтобы шофер отвез его в лицей. Боится, что товарищи увидят его в лимузине…

— Видимо, ему неловко, что он живет в таком богатом доме?

— В общем, да.

— А отношения с сестрой у него стали лучше?

— Не забывайте, что я у них не столуюсь и редко вижу их вместе.