Весь Мегрэ. Том 3

Она, как и старшая, отправилась в Париж, откуда через десять лет вернулась в родные края… Должно быть, она скопила некоторую сумму, позволившую ей купить на площади Арм парикмахерский салон, которым она владеет до сих пор… Я пытался связаться с ней по телефону… Но мне удалось поговорить лишь с помощницей, заменяющей хозяйку, ибо та сейчас отдыхает на Балеарских островах… Я отправил в отель, где она остановилась, телеграмму, в которой просил ее срочно прибыть сюда и сообщил, что буду ждать в течение дня… Эта сестра, Франсина, тоже не замужем… Мать умерла восемь лет тому назад… Мы не знаем, есть ли другие родственники…

Помимо воли Мегрэ, его лицо приобрело профессионально строгое выражение. Можно было подумать, что это он руководит расследованием и один из его подчиненных пришел с рапортом к нему в кабинет. Ему не хватало лежащих перед ним на столе трубок, ибо он привык перебирать их при подобных обстоятельствах, вида Сены из окна, его солидного кресла, на спинку которого он мог бы опираться.

Пока Лекёр говорил, Мегрэ заметил две или три любопытные детали в окружающей обстановке, в частности то, что в гостиной, служившей хозяйке салоном, не было других фотографий, кроме снимков Элен Ланж.

На карточке, стоявшей на комоде, она была запечатлена девочкой лет пяти или шести, одетой в слишком длинное платье, с двумя тонкими косичками, обрамлявшими лицо. На стене висел большой портрет, сделанный хорошим фотографом, на котором она, двадцатилетняя, застыла в романтической позе, с возвышенным взглядом. На третьем снимке Элен Ланж стояла на берегу моря. Она была не в купальнике, а в белом платье, которое ветер раздувал, как флаг, и ей приходилось обеими руками удерживать светлую шляпу с широкими полями. — Вы установили, когда и как произошло преступление?

— Трудно восстановить события… Мы работаем над этим со вчерашнего утра, но не слишком-то продвинулись… Позавчера вечером, в понедельник, Элен Ланж одна ужинала на кухне. Она вымыла посуду, ибо мы не нашли грязных тарелок, потом оделась и вышла, погасив все огни. Она съела два яйца всмятку, если это вас интересует. На ней было лиловое платье, белая шерстяная шаль и шляпа, тоже белая…

Мегрэ, поколебавшись немного, в конце концов не смог противиться своему желанию и заявил:

— Я знаю…

— Вы уже начали расследование?

— Нет, но в понедельник вечером я видел эту женщину перед музыкальной беседкой, когда шел концерт…

— Вы не знаете, когда она покинула парк?

— Мы с женой ушли около половины десятого и продолжили нашу привычную прогулку…

— Она была одна?

— Она всегда была одна.

Лекёр даже не пытался скрыть изумление:

— Так вы видели ее неоднократно?

Мегрэ, широко улыбаясь, кивнул.