Весь Мегрэ. Том 3

Чувствовалось, что Мегрэ сделался как-то грузнее, и, видя его настроение, Люка старался не задавать лишних вопросов.

Они ели в молчании, ощущая не себе постоянное внимание метрдотеля и официантов.

— Вы будете пить кофе?

Официант в национальном турецком наряде принес кофе и церемонным жестом разлил его в чашки.

— Будет лучше, если ты пойдешь со мной.

Они поднялись на четвертый этаж, нашли комнату 437, постучали, но открылась дверь соседней — комнаты 438.

— Сюда, пожалуйста, — сказала им Анна Кехель. Она тоже приняла ванну или душ, пряди волос были еще влажными.

— Входите… Сейчас я скажу Лине…

Небольшая гостиная имела приятный вид: светло-серые стены, нежно-голубые кресла, столик цвета слоновой кости. В соседней комнате кто-то ходил взад и вперед, наверное, Нелли Фелтхеис, которая распаковывала чемоданы.

Стоя посреди гостиной, они ждали довольно долго, испытывая чувство неловкости, пока наконец не появились обе женщины. Мегрэ это удивило, он думал, что Лина примет его, лежа в постели.

Мадам Наур только что причесалась, на лице у нее не было косметики. Лина выглядела хрупкой и беззащитной. На ней был поношенный махровый халат розового цвета. Возможно, ей и трудно было принимать полицейских, но держалась она спокойно, ее утреннее нервное напряжение исчезло.

Она удивилась, увидев двух мужчин, а не одного, как ожидала, и какое-то время оставалась словно в нерешительности, глядя на Люка.

— Это один из моих инспекторов, — пояснил Мегрэ.

— Садитесь, господа.

Она села на диван, а ее подруга устроилась рядом.

— Прошу прощения, что потревожил вас сразу же после приезда, но вы должны понять, мадам, что я обязан задать несколько вопросов.

Она закурила, сигарету, и было видно, как пальцы ее, державшие спичку, слегка дрожали.

— Вы можете курить.

— Благодарю вас."

"Комиссар не сразу принялся набивать трубку табаком.

— Могу ли я спросить, где вы были в ночь с пятницы на субботу?

— Какое время вас интересует?

— Я хотел бы знать, как вы провели время вечером и ночью.

— Я вышла из дома около восьми часов вечера.

— Почти одновременно с мужем?

— Я не знаю, где он находился в тот момент.

— У вас было заведено уходить из дома и не сообщать ему, куда вы направляетесь?

— Мы оба были вольны поступать так, как нам того хотелось.

— Вы уехали на своей машине?

— Нет. На улице был гололед, и у меня не было желания садиться за руль.

— Вы вызвали такси?

— Да.

— По телефону, который находится в вашей комнате?

— Да. Разумеется.

Она говорила голосом маленькой девочки, отвечающей урок, и ее наивные глаза кого-то напоминали комиссару. И только после нескольких ее ответов ему вспомнилась горничная, девушка с почти прозрачными глазами и детским выражением лица.