Весь Мегрэ. Том 3

 — Мне следовало заранее предвидеть все ваши фокусы! Отличный вышел бы фильм! Но префектура, конечно, запретила бы его. Значит, год назад Софи была беременна! И поскольку детей у нас не появилось, мы обратились к подпольной акушерке? Так, что ли? Еще одно обвинение в мой адрес?

— Я не утверждал, что вы поставлены в известность. Я лишь имел в виду спросить, говорила ли вам жена? В действительности, она обратилась за помощью к другому человеку.

— Значит, это касалось другого, а не меня, ее мужа?

— Может быть, она хотела избавить вас от волнений или, более того, от психологической травмы? Считала, что ребенок будет помехой для вашей карьеры? Она доверилась одному из ваших друзей.

— Кому же, черт возьми?

— Карю.

— Что? Что вы говорите?

— Он сам сказал это утром. А Нора — получасом позже. Но, правда, с некоторой разницей. По ее словам, Софи была не одна, когда речь шла о ребенке. Вы были вместе с ней.

— Она лжет!

— Возможно.

— Вы ей верите?

— Пока я никому не имею права верить.

— И мне тоже?

— И вам тоже, Фрэнсис. Но, тем не менее, вы свободны.

Мегрэ зажег трубку, сел за письменный стол и начал перелистывать какое-то досье.

ГЛАВА ШЕСТАЯ"

"Рикен ушел, смущенный, неловкий, как птица, которая не верит, что перед ней распахнули клетку. Жанвье с недоумением смотрел на шефа: действительно ли он отпускает парня, не устанавливая за ним наблюдения? Мегрэ, делая вид, что не понимает немого вопроса, листал досье. Наконец он встал, подошел к окну.

Он был в мрачном настроении, ходил из кабинета в кабинет, как будто не знал, чем себя занять. Его грузная фигура останавливалась то перед пишущей машинкой, то перед телефонным аппаратом или пустым стулом. То вдруг он садился и бесцельно перекладывал на столе какие-то бумажки.

Наконец он проворчал:

— Предупредите мою жену, что я не приду обедать.

То, что он не звонил ей сам, говорило о многом. Атмосфера в кабинете была напряженной. Мегрэ почувствовал это и, пожав плечами, вышел из кабинета.

Он не сказал, ни куда идет, ни когда вернется, не оставил никаких инструкций, словно разом потерял интерес к этому делу.

На главной, давно не убиравшейся лестнице он выбил трубку, легонько ударил ею о каблук, пересек двор, рассеянно кивнул дежурному и направился к площади Дофин.