Весь Мегрэ. Том 3

Мегрэ с трудом поднялся:

— Благодарю вас, господин директор. — Затем, к большому удивлению шефа, он направился к одному из окон. — Полагаю, их снова можно открыть?

Мегрэ открыл одно за другим все три окна, постоял несколько минут, чтобы вдохнуть знойный уличный воздух.

— Ваш отпуск начнется с настоящего момента, не так ли?

Мегрэ кивнул в знак согласия и вышел. Шеф не протянул ему руки, но держал ее немного выдвинутой, готовой схватить руку комиссара, если тот протянет свою.

Но комиссар не протянул руки. Он сразу прошел в кабинет инспекторов.

— Люка! Жанвье!

Барнакля не было на месте.

— Зайдите ко мне, ребята. Вам придется некоторое время поработать без меня.

Жанвье побледнел. Челюсти его так сжались, что он не мог произнести ни слова.

— Я устал, возможно, болен. Администрация — добрая фея — проявляет заботу о моем здоровье и разрешает мне отдохнуть.

Он шагал по кабинету, желая скрыть от своих помощников влажные глаза."

"— Продолжайте заниматься драгоценностями. Вы оба знаете, что я думаю об этом деле. — Мегрэ положил потухшую трубку в большую стеклянную пепельницу и набил табаком другую. — Там, в высоких сферах, известны все ваши поступки, начиная со вчерашнего дня. А также и мои, разумеется. Надо предупредить Барнакля, как только он вернется. Скорее всего, за вами будут продолжать следить, как следили за мной. Если вас накажут, мне это не поможет, скорее повредит. Поэтому забудьте все, что вы знаете об этом деле. — Он улыбнулся. — Вот и все! Я кончил. Для меня это оказалось менее трудным, чем для моего шефа… — Мегрэ направился к креслу, где оставил шляпу. — До свидания, дети мои!

Жанвье первым обрел дар речи:

— Вы знаете, патрон…

— Да?

— Я был в «Золотом бутоне». Показал фотографию… Никто ее там не знает…

— Это теперь уже не имеет значения…

— Вы оставляете дело?

— Вы так плохо обо мне думаете?

— Хотите сказать, что будете продолжать его совсем один, без всякой помощи? К тому же за каждым вашим шагом следят!

— Я попробую…

Сейчас они оба улыбались, не зная, как выразить переполнявшие их чувства.

— Ну-ну… Никаких сентиментальностей… Скоро увидимся…

Мегрэ быстро пожал им руки и направился к двери.

Через несколько минут он уже спускался по широкой лестнице уголовной полиции.

Когда он вышел из подъезда, ему отдали честь двое часовых. Он ответил им с оттенком иронии. Как странно увидеть окружающее совсем другими глазами — глазами свободного человека!

Ему совершенно нечего было делать. И совершенно безразлично, повернуть направо или налево.

Возможно, за ним сейчас пойдет один из рыбаков, удивших неподалеку. А может быть, тот шофер серой машины, которая стоит в ста метрах отсюда.

Он решил повернуть направо.