Семь дней до Мегиддо

Пальцы мгновенно окаменели и отвалились. Кисть второй руки превратилась в камень прямо в ране, руки начали осыпаться мелким бурым песком.

– С-с-суки… – едва слышно выдохнула администратор.

Похоже, легких у нее уже не осталось.

Через несколько секунд лицо администратора превратилось в серую маску, будто талантливый скульптор вылепил человека из мокрого песка.

А еще через мгновение песок высох – и она развалилась.

– Твою ж мать! – сказал Василий. И неожиданно добавил: – На мою бывшую похожа! Была.

В это мгновение связанный стяжками охранник, видимо, понял, что ничего хорошего ему не светит. И тоже стал высвобождаться.

С тем же пренебрежением к законам человеческой анатомии он повернул голову к спине, вырвал руки из тугой пластиковой петли, дрыгнул ногами, разорвав стяжку, и выпрямился, встал из положения лежа!

Для него гравитация вообще существует?

Кажется, он не собирался бежать, хотя все были в таком шоке, что это могло и получиться. Одним взмахом руки, неожиданно удлинившейся, он сбил Василия и развернулся к Елене.

Хирург выстрелила дуплетом.

С расстояния в метр вся дробь вошла охраннику в спину (да-да, он так и двигался, вывернувшись лицом и руками к спине). Дробь сработала точно так же, но быстрее – охранник осыпался на пол горкой песка, будто вампир в мультике, попавший под солнечный свет.

Может, отсюда и легенды? О каменеющих троллях и рассыпающихся вампирах?

– Я никого не задела? – озабоченно спросила Елена. – Если, не дай Бог, в кого-то вошла дробина… надо вырезать…

Все принялись судорожно осматриваться. Очень не хотелось превращаться в песок, да еще и от дружеского огня.

Виталий Антонович уже держал в руках автомат. Внешне он оставался спокойным, но его выдавал легкий тик.

– Что ж… мы уже пришли не зря… – сказал старший. – Друзья? Как полагаете? Рептилоиды?

– Уж точно не Инсеки, – сказал деда Боря. – Дьявол… я не верил. До конца не верил!

– А кто из нас верил? – воскликнул Виталий Антонович, и в голосе прорвалось торжество. – Суки! Их же не отличить было!

Деда Боря едва заметным движением взялся за сердце. Потом сказал:

– Я в туалет, с вашего позволения…

И скрылся в дверях сортира.

Юра подошел к останкам администратора, ткнул стволом помповика, подцепил халат, поднял.

Горка песка. Из него высовывается краешек кружевных трусиков.

Юра поворошил песок, выкатилась одна из пуль, излучаемый ею свет медленно угасал.

– Мощная штука, – сказал Юра с уважением. – Жаль, не мгновенно работает.

Под формой охранника тоже ничего, кроме крупных дробин и семейных трусов, не нашлось.

– Плохо – вскрытие не сделать, – сказала Елена. – Ах, мальчики, как жаль! Мы могли понять, как они устроены!

– Следующего хоть живым анатомируй, – буркнул Виталий Антонович.