Медвежий капкан

- Хочу вернуть твоей маме,- демонстрирую колечко на ладони.

Вот и поговорили...если, это не ссора, то я не знаю что…

Я спешу в небольшой домик построенный из деревянного сруба. В детстве он мне казался сказочным в окружении сосен великанов. Особенно зимой, когда все вокруг покрывал снег. Наша семья часто отмечала здесь новый год, но это было давно, так давно, что от воспоминаний остались лишь ощущения. Слабые отголоски в памяти. Выборочные яркие картинки.

Стою перед дверью и не решаясь занести руку для удара, понимаю, что сейчас не готова встречаться с родителями Кирилла и тем более  своими.

Не торопясь возвращаюсь обратно в коттедж. В гостиной Вихров полным ходом очаровывает Анну, травит какие-то байки со службы.  Девушка заливается звонким смехом и обмахивает лицо ладошками, желая высушить выступившие слезы. Тетушка также предпочитает компанию Майора Секси, компании ее ровесников, поддерживает дочь, хохоча чуть ли не громче. Меня затягивает общее веселье и я забираюсь с ногами на ближайший к их трио диван. Не замечаю момент, когда  присоединяюсь к безудержному хохоту. Уж не знаю, привирает Вихров или нет, но истории действительно забавные. Минут через десять у меня сводят щеки от смеха, а мышцы живота предательски болят, намекая хозяйке, что неделя без тренировок, обязательно скажется. Вот, и пресс подкачала, и жизнь себе продлила, и мимических морщин заработала. Смеяться я просто больше не могла. Как только Вихров открывал рот и произносил слово, кого-то одного из нас охватывал гомерический хохот. Удержаться было невозможно и остальные подхватывали, трясясь и утирая слезы, переходили на беззвучный смех, который сковывал лицо. Я делала дыхательные упражнения, что-то подобие вдохов и выдохов при родах, желая прекратить истерику и вырваться из круга гогочущих людей:

--Даже не смей комментировать,- переведя дух, успела выпалить, выставив руку в предупреждающем жесте, перед лицом мужчины. Майор Секси сотрясаемый смехом указывал на меня пальцем, а я вспоминала сцены родов с просмотренных мною фильмов, копировала дыхательные упражнения: - Фуууф, фуууф, фуууф. Господи,- растирала пальчиками окаменевшие от улыбки щеки. За этим занятием нас застал Кирилл. Я борюсь с приступом  смеха, Вихров всеми силами старается меня рассмешить, а тетушка с Анной, до сих пор не могут сказать ни слова, растирают влагу по лицу и неприлично громко шмыгают носом.

Кирилл подходит со спины, закидывает через спинку дивана ногу, перешагивает и  сдвигает меня чуть вперед. Садится сзади, заключая в объятия. Мозг протестует и настоятельно рекомендует пересесть,- я же обижена. А  тело плотнее жмется к мужской груди.  В неравном бою побеждает желание близости.