Медвежатник

Ну что стоишь, Василий, у тебя столбняк? Давай складывай деньги и вниз!

— Это я мигом, Савелий Николаевич, — и, перемешивая между собой золото и платину, стал сбрасывать драгоценности в мешок.

— Тихо! — скомандовал шепотом Савелий. — Кажется, за дверью кто-то есть.

Антон Пешня и Васька Хруль мгновенно замерли. Действительно, в дверь что-то стукнуло, а потом в замочную скважину вставили ключ.

Глава 22"

"Целый день Матвея Егоровича Некрасова не покидало смутное предчувствие. Визит господина Аристова определенно достиг цели, и, даже когда он сидел в своем кабинете, ему мерещилось, что кто-то безбоязненно разгуливает по его хранилищу. Стараясь усыпить свои сомнения, Некрасов дважды осматривал комнату. Но сейфы стояли по углам, напоминая несгибаемых витязей, которым не страшен даже Змей Горыныч.

Охранники взирали на управляющего банка. Случалось, что он не спускался в хранилище на протяжении многих недель, и теперь оставалось только гадать, какая такая нелегкая мысль оторвала начальственную задницу от насиженного места и погнала в хранилище, где, по мнению сторожей, скучали даже домовые.

Некрасов заставлял отпирать все запоры, терпеливо осматривал хранилище и только после этого щурился на примолкших городовых.

— У вас все в порядке? — строго спрашивал он.

В голосе легко угадывалось недоверие, Матвей Егорович при этом смотрел так, как будто бы каждый из городовых не далее чем вчера вытащил на собственных плечах по тяжеленному сейфу, набитому золотом.

— Так точно, господин управляющий! — слаженно отвечали городовые, не переставая думать о причитающихся премиальных.

Дежурить в банке было приятно. Управляющий заботится о харчах, а там, глядишь, после смены распорядится и «Смирновки» выставить за счет заведения.

Досадно простаивать службу на многошумных перекрестках и громким ором одергивать извозчиков. После всякого такого дежурства многие городовые мучились горлом и смотрели на лихих извозчиков почти как на врагов отечества.

— Чтобы все в порядке было! — на всякий случай грозил пальцем директор банка и достойно удалялся.

Городовые грустили.

— Етит твою! Управляющий-то нынче не в настроении, «Смирновской» после дежурства не видать.

— Да что «Смирновка», — чертыхался другой, — теперь с него премиальных даже не выжмешь. А я своей бабе обещал к именинам платок красный купить, а детишкам пряников тульских.

— На прошлой неделе сразу три банка вскрыли, вот он и бесится. И в хранилище спускается по три раза в день.

— А его можно понять: ежели что случится, тогда самое большее, на что он может рассчитывать, так это сидеть за кассой где-нибудь в Нарыме.

Матвей Егорович и раньше засиживался в банке.