Медведица

Думала ли я, убегая от Дениса в тот страшный день в больнице, когда едва могла шевелиться от боли, когда каждый вдох рвал легкие, а любой шаг отдавал прострелами в спине и почках, думала ли я тогда, что окажусь вот здесь, в тайге, в крошечной деревне, которую и на картах-то не найти? Думала ли я, что в моей жизни появится Степан? Не просто появится, а станет самым важным в ней человеком?

Сегодня, пока мы разговаривали за столом с его родителями, я видела его взгляд, слышала его слова обо мне и не могла не сравнивать со взглядами, словами, отношением Дениса. Ведь стоило Степану сказать: «Тая по образованию садовод», – как в голове тут же всплыло воспоминание о том ужасном приеме, где я, как выразился Денис, «ляпнула чушь» о своей профессии. Мол, нашла чем хвастать. Такое скрывать надо, а не гордиться. А Степан вот гордился и верил в меня. Все, что между нами было, казалось таким естественным, что я не задавалась вопросами, любовь ли это, надолго ли это, к чему это приведет. Я жила в моменте, осознавая, что я там, где и должна быть. С тем, с кем и должна быть.

– 47–Мы сидели в гостевой комнате на первом этаже, отведенной на этот раз для Рамиля. После пятидневной вылазки в тайгу, где удачно поохотились на соболей, мы с ним вернулись ко мне. Шкурки оставили в речном домике, завтра поутру Рамиль заберет их с собой. В Усть-Манскую за ним прилетит вертолет, чтобы доставить сначала в Томск, а оттуда он пересядет на частный самолет и вернется в Первопрестольную. Он был единственным охотником, которого я смело мог назвать другом. Мы встречались один-два раза в год, в зависимости от его загруженности, ведь Рамиль был бизнесменом, чей счет в банке исчислялся суммой с девятью нулями, а значит, отдыхать такому человеку было некогда. На охоту он приезжал всегда один – никаких приятелей с собой не брал. Никогда не пил до, но мог себе позволить пару рюмок водки или бокал коньяка после, если оставался у меня. Вот как сегодня. Мы курили, запивали курево марочным коньяком, который Рамиль специально привез с собой, и обсуждали охоту. Тая уже давно спала наверху.

Немного помолчав, Рамиль сам долил коньяк в бокалы, а потом спросил:

– Кто она тебе?

Я знал, что он обязательно спросит. Рамиль столкнулся с Таей по приезде. Когда его автомобиль остановился у нашего дома, Тая как раз была на улице, играла с Лесей. Я видел, как он взглянул на нее. Во взгляде я безошибочно прочел узнавание. Правда, виду он не подал, поздоровался, я представил их друг другу. И на этом все. Тая, однако, его не знала, иначе обязательно рассказала бы мне и испугалась, что появился кто-то, кто знал ее по прошлой жизни.

Во время охоты Рамиль и словом не обмолвился о Тае, но теперь, когда разговоры сменяли один другой, он не мог не спросить.

– Тая? – зачем-то уточнил я.

Он кивнул.