Медведица

Вот и результат: не належал бока, оголодал и проснулся или вообще не уснул, а теперь ищет пропитание.

Свистнув Дикого и Волка, я завел двигатель. Пришлось подождать, пока он прогреется хоть чуть-чуть, прежде чем стартовать. Собаки, почувствовав, что их ждет что-то интересное, возбужденно возились на заднем сиденье.

Я спешил, зная, что каждая минута на счету. Голодный, не впавший в спячку зверь был крайне опасен. Он чуял исходящее от человеческого жилья тепло и запахи пищи. Медведь не остановится, пока не раздобудет хоть что-то.

Когда я подъехал к участку Таи, то увидел выломанную калитку, криво торчащую в стороне. От задней части дома доносились удары и несусветный шум, из самого дома – лай взбесившейся Леси. Медвежий рык.

Схватив ружье, я выскочил из машины. Волк и Дикий поспешили за мной. Они уже почуяли медведя, но были слишком умны, чтобы бросаться на него, зная, что тот может переломить им хребет.

Обежав дом, я увидел продавленные ступени старого крыльца и в щепки разломанную дверь, в которую я стремглав влетел.

Нам всем очень повезло. К моему приезду медведь успел переворошить крошечный предбанник и, ничего не найдя, ринуться на дверь, ведущую в спальню. Сразу напротив нее стоял тяжеленный шкаф, который Тая просила меня придвинуть, но не вплотную к стене. Я знал зачем: чтобы с порога комнаты дверь за шкафом нельзя было увидеть, но чтобы сама Тая могла нырнуть в щель и выскочить в предбанник, а оттуда на улицу в случае опасности.

Теперь двери не было, а шкаф плашмя лежал на полу.

Как я и сказал – нам очень повезло. Видно, старые доски пола не выдержали удара тяжелого шкафа и залезшего сверху медведя и провалились. Косолапый застрял в разодранной стенке шкафа. Его задние лапы провалились внутрь, а передние и голова торчали сверху. Медведь ревел, пытаясь выбраться из ловушки, которую сам себе и учинил.

Мне оставалось лишь выстрелить.

Только когда все было кончено, я понял, что весь дом заливает яркий свет. Видно, Тая, решив, что он может отпугнуть зверя, запалила все лампы. В двери спальни показалась она сама, а из-за ее спины выглядывала теперь уже довольная Леся. Она радостно взвизгнула при виде поверженного врага и, перескочив кавардак из поломанных досок и поверженного зверя, начала обнюхивать Дикого с Волком, виляя хвостом.

– Тая, ты как? – я всмотрелся в ее перепуганные глаза.

И она, не выдержав, всхлипнула.

– Ну-ну, все хорошо теперь. – Мне хотелось броситься к ней и обнять, чтобы успокоить, чтобы дать понять, что теперь и правда все хорошо, но я не мог, потому что между нами торчал из разбитого пола разодранный шкаф и застрявшая в нем туша медведя. Зрелище, надо сказать, жуткое. – Тая, я здесь не пройду, открой мне переднюю дверь.

Она кивнула и тут же побежала открывать.