Медовый месяц с тираном

 – Сейчас для меня здесь безопаснее, чем на поверхности. Ведь все в Ганессии превратились в марионеток, а видеть Виларда в таком состоянии и при этом не иметь возможности освободить его – я просто не в силах. Не беспокойся обо мне. Как бы что ни сложилось, я дождусь этого исхода. Просто буду изо всех сил надеяться, что вы с Леной справитесь, и у меня еще появится возможность взглянуть в глаза моей дочери…

Дэриан не стал больше медлить. Пусть и не по себе было от того, что оставляет беспомощную Симину фактически на произвол судьбы, но хотелось верить, что бывшая чаровница все же тут лучше его понимает, что делает.

Дальше туннель уже не спускался ниже, шел все прямо и прямо. Руны на стенах мерцали, не просто освещая путь, но и указывая дорогу – загорались именно в том направлении, куда и следовало идти. Они вели его к Элене, прямиком в ловушку, наверняка управляемые ее же даром. Но это не пугало. Слишком многое повидал в жизни. Слишком многое пережил. Слишком много было боли в прошлом, чтобы позволить себе лишиться того сокровища, что подарила ему судьба. И пусть это сокровище на самом деле может его убить, сама того не осознавая, но даже с могущественным даром Элена все равно все та же растерянная настороженная девушка из другого мира, которой очень-очень страшно, и которая только в нем интуитивно видит свою защиту…

И он знает, что делать.

Руны вели его кругами по этому каменному лабиринту.

И явно не с целью запутать, чтобы он тут сгинул навеки. А лишь затем, чтобы вымотать его силы. Ведь чем дольше Дэриан здесь, тем больше выматывает его давящая магия чаровниц.

Перед глазами уже и вправду периодически темнело. Слабость хоть и подступала, но пока не казалась особо ощутимой. Куда больше беспокоило то, что раз лабиринт пытается им манипулировать, этим местом уже наверняка управляет дар Элены! И раз так, то сама она уже не владеет собой.

Но все это никак не поколебало его решимость. В памяти безжалостно прокручивались все моменты, когда он все же засекал страх Элены и каждый раз недоумевал, чего ей бояться. Сам же ее тиранил, порой был груб, да и, что уж скрывать, совершенно невыносим. И даже не подозревал, что все ее странное поведение, все ее утаивания – для всего есть крайне веская причина!

Он сам виноват, что Элена не доверилась ему раньше.

Сам виноват, что приходится решать этот вопрос сейчас, когда ситуация уже дошла до крайности, а не тогда, когда все было бы куда проще.

И ведь сейчас нет однозначной гарантии, что его план точно сработает. Но мысленный сигнал подан, и теперь остается лишь дождаться подходящего момента…"

"Наконец, руны перестали петлять. Залы больше не повторялись. Очередной новый туннель опускался ощутимо вниз, воздух вокруг густел, напитываясь затхлостью и сыростью.