Медовый месяц с тираном

– Так, давай решать проблемы по мере их поступления, – я снова внимательно огляделась, но все равно так и не смогла вычислить, из какой именно арки я в этот зал попала. – Если магия Дэриана сейчас – эдакий катализатор, из-за которого я могу враз слететь с катушек, то нужно просто держаться как можно дальше до тех пор, пока мы не придумаем какое-нибудь гениальное решение. Так?

– Так-то оно так, – Хьюстон хоть и разросся почти до прежних очертаний, но все равно не покидал моих ладоней, словно стоит ему чуть отдалиться, и моей разумности точно конец. – Только, Лен, что ты предлагаешь? Блуждать по этим катакомбам, пока не умрешь от голода?

– Ты чувствуешь, где сейчас Дэриан? – встревоженно спросила я.

– Очень смутно, но направление могу указать.

– Вот и указывай. Только прямо противоположное. Пока нам просто нужно выгадать время, чтобы к тому моменту, как Дэриан нас найдет, мы были готовы. И, в конце концов, Хьюс, где твой оптимизм?

– Ага, какой может быть оптимизм у того, чье имя так и ассоциируется с «у нас проблема», – ворчливо отозвался он, но больше возражать не стал: – Ладно, если подальше от Дэриана, то это вон в ту арку, как раз справа от тебя. Но учти, отдаляясь от твоего мужа, мы отдаляемся и от выхода на поверхность. Но если пока весь твой расчет лишь на то, чтобы выгадать время, то это точно сработает.

С Хьюстоном идти уже было не так страшно. Все же его света хватало, чтобы непроглядная тьма отступала. Да и сам факт, что я тут все же не одна-одинешенька, не мог не радовать.

Синеватый свет огонька отбрасывал блики на стены каменного туннеля, в глазах рябило от обилия рун. Казалось, каждый камень здесь так и пропитан магией. Ну да, неудивительно, что она и на поверхности тогда чувствуется.

– Смотри, – рассуждала я, – ты – драконье пламя, ты – дарован мне сдерживать проклятый дар, так? Но если дар так велик, что твоих сил просто не хватает, то, быть может, нам просто разжиться пламенем побольше? Дракон у Дэриана не жадный, наверняка поделиться."

"– Вот ты такая простая, Ленка, я аж диву даюсь, – вместе с силами к Хьюстону вернулась и его сварливость. – Разве ты не понимаешь, что драконы теперь не те? Да, они – потомки тех, магических, но уже лишены за ненадобностью своей особой силы. Чаровницы-то в основной своей массе все же были побеждены! А те, кто еще оставались, считались слишком малочисленными, чтобы представлять какую-либо угрозу. Так что нет больше тех великих драконов, и я – последнее их пламя, – прозвучало с явной гордостью. – Как ни крути, мы с тобой прямо раритет… Который запросто может поглотить всю магию мира, если потеряет над собой контроль. Вот и считай, на одной чаше весов твой лютый дар, сильный настолько, что запросто тебя с ума сведет.