Медицина Древнего часть вторая

Тебя не кормили?

— Кормили, — улыбнулся я. — На самом деле, неплохо кормили.

Гомон голосов нарастал. Ирина Леонтьевна, подняв упавший телефон, быстро что-то говорила в трубку. Вероятно, дала кому-то знать, что я вернулся, и теперь отдавала распоряжения на кухне. Слон стоял как изваяние, но на его лице играла сдержанная улыбка.

— Может, пройдём в гостиную? — предложил я, чувствуя себя центром слишком бурного внимания.

Мы начали медленно перемещаться вглубь дома. Бестужев и дед отстали, продолжая разговор на повышенных тонах.

— Почему меня не предупредил? — голос Бестужева дрожал от едва сдерживаемого возмущения. — Это противоречит нашим договорённостям.

— А я что думаешь сам знал? Мне приказали, я исполнил. Кто мог подумать, что доживу до такого… Времена меняются, Пётр, — спокойно ответил дед. — Тебе ли не знать?

Их пикировка прервалась, когда мой телефон разразился оглушительной трелью. На экране высветилось имя Шальной.

— Прошу прощения, — пробормотал я, сбрасывая звонок. Сейчас не время для деловых разговоров.

Но телефон зазвонил снова, едва я успел убрать его в карман.

В этот момент в холле дома раздался звонок. Резкий, требовательный, не терпящий возражений.

— Я открою, — бросил я, пользуясь возможностью вырваться из круга вопросов.

Быстрым шагом направился к входной двери, оставив за спиной гомон голосов. Мать что-то говорила Алёне, дед продолжал перепалку с Бестужевым, Ирина Леонтьевна отдавала распоряжения по телефону.

Дверь распахнулась прежде, чем я успел до неё дойти. На пороге стояла Изольда, растрёпанная, с блестящими от волнения глазами, в расстёгнутом пальто поверх делового костюма.

— Кирилл! — она бросилась мне на шею, не заботясь о приличиях.

Я невольно отступил на шаг, чтобы не потерять равновесие. От неё пахло дорогими духами и каким-то лёгким парфюмом. Прядь волос коснулась моего лица.

— Изольда? — я осторожно отстранил её, удерживая за плечи. — Что случилось?

Она отступила на полшага, быстро оглядев меня с головы до ног.

— Ты в порядке, — скорее констатировала, чем спросила она. — Слава богу.

Её глаза лихорадочно блестели, она нервно облизнула губы:

— У нас проблемы. Огромные проблемы!

— Какие ещё…

Оглушительный взрыв прервал мои слова. Стёкла в окнах задребезжали, с потолка посыпалась штукатурка. Где-то во дворе раздались крики и выстрелы.

Я мгновенно среагировал, затаскивая Шальную в дом и захлопывая дверь.

— Всем на пол! — крикнул я, оглядываясь на застывших в шоке домочадцев.

— Что происходит? — мать прижала руки к лицу.

— Нападение, — коротко бросил я, бросаясь к окну."

"Сквозь щель в шторах я увидел, как возле ворот разворачивается настоящая перестрелка.