Рябиновый мед. Августина

Даже те, чью любовь для себя Владик считал излишней, все же пытались навязать ее мальчику, как, например, тетка Глаша. А тут… Он был потрясен, обескуражен, растерян. За что?!

— А ну, отойдите от него! — услышал он и не сразу понял, откуда голос.

Картуз и Чернушка лениво повернули головы. На тропинке, ведущей к флигелю, стояла девочка. Владик ее тоже знал. Девочку звали Варя. Мать приводила ее иногда к флигелю и поила молоком.

На ней были синие спортивные шаровары и полосатая майка. В руках она держала рюху для игры в клек.

— Ну, кому сказала?

Владик исподлобья наблюдал за происходящим.

Картуз, Чернушка и Варя были одного возраста, но Варя выглядела старше — мальчишки не успели еще пойти в рост — были хлипкие и незначительные в сравнении с девочками своего отряда.

Варя — высокая, статная и наверняка сильная. Когда она вот так стояла, покачивая внушительной палкой, последнее не вызывало сомнения.

— Ты чё, Коммунарова, шакалишь? Тебя воспиталка подослала?

— Считаю до пяти. Чтобы вас тут не было, — поигрывая рюхой, заявила Варя. — Раз…

— Слушай, Картуз, она же чокнутая, — зашептал Чернушка. — Ты как знаешь, а я…

— Ты полегче, Коммунарова, полегче. Мы уже уходим.

— Два…

— Коляй, драпай! Она же того!

— Ведьма!

Мальчишки драпанули, а девочка проводила их несколькими шагами, только делая вид, что собирается догнать. Владик смотрел, как улепетывают обидчики.

— А почему они тебя испугались? — спросил он Варю, когда та повернулась в их с козой сторону.

— Трусы, вот и испугались, — неопределенно ответила она. — Дразнили тебя?

— Угу.

— Ну вот. Трусы всегда дразнят маленьких.

— Они хотели Муську зажарить и съесть.

— У, проглоты! Не нажрутся никак!

— А я тебя узнал. Ты — Варя.

— А ты — Владислав. Испугался?

Владик честно подумал:

— Нет. Только разозлился.

— Так и надо. Это верней.

— Они сказали, что я маленький сынок.

— Не маленький, а маменькин. Не обращай внимания.

— Это потому, что у меня мама есть?

— Ну да. У тебя есть, а у них нет. Вот им и завидно.

— А у тебя мама есть?

— Есть. — Варя остановилась. Они уже подошли к огороженному невысоким забором флигелю. — Ну вот мы и пришли.

Она протянула ему руку для прощального пожатия. Он сосредоточенно потряс.

— Стереги получше свою козу.

— А где она теперь?

— Кто?

— Твоя мама.

— Много будешь знать, скоро состаришься, — ответила Варя. И улыбка куда-то делась с ее лица. Варя ушла, помахивая своей палкой.

В воскресенье Владик с матерью отправились в город. Выехали рано — с продуктовой подводой. На торговой площади попрощались с возницей и направились к соборному мосту. Проходя мимо собора, Августина старалась не смотреть туда, будто это могло что-то изменить.