Мечтать полезно, милый босс!

К кофе он даже не прикоснулся, и оттого настроение вновь начало портиться. Это он из-за прошлогодней инвентаризации так нервничает? Придумал тоже повод.

– Игорь Валентинович… – уверенно начала Екатерина, готовая моментально все объяснить и снова сделать окружающую действительность почти идеальной.

Но босс ее прервал:

– Екатерина, мне сейчас просто некогда слушать ваше блеянье, потому давайте сразу перейдем к делу.

– Какое еще…

– Итак, я вас принял только при том условии, что вы начнете выполнять все свои обещания.

– Так ведь я и…

– Сегодня первый рабочий день, я понимаю необходимость адаптации. Потому я в данный момент с вами разговариваю, а не вышвыриваю вас из офиса. Все ясно? – Катерина круглыми глазами рассматривала директора, словно видела впервые. Почему-то до сих пор он ей мерещился улыбчивым добрячком, а не вот этим вот… злобным пижоном. Шеф ее ответа и не собирался дожидаться: – Прекрасно. Тогда объясняю один раз – если я даю вам какое-то задание, то вы выполняете его немедленно. Не через час, не на следующей неделе, а немедленно. И только после того, как выполните, вы бежите обниматься с Климовым или зажимаете себе нос, чтобы смешно им сопеть.

– Да я не…

– Продолжу, с вашего позволения. Если какое-то дело нужно выполнить не срочно, то я дополнительно об этом сообщу. Все ясно? Прекрасно. Отвечать на телефонные звонки – ваша прямая обязанность. Сколько звонков вы пропустили, пока носом этим своим сопели?

– Вы как-то совсем предвзято к моему носу…

– Сколько?

– Да не было ни одного звонка! Честное слово! Игорь Валентинович, такого больше не повторится, обещаю!

Мужчина склонил голову набок, отчего его взгляд стал еще внимательнее. И голос изменился, пропала предыдущая сухость:

– Как вы можете мне это обещать, Екатерина, если все ваши мысли заняты не работой, а романтическими терзаниями? Я себя учителем математики в средней школе чувствую.

Странная ассоциация, но очень наглядная. Почему-то запросто представился этот же Игорь Валентинович в пиджачке подешевле и в очках с тонкой оправой, смотрит – вот точь-в-точь как сейчас, грозно и с неясным обещанием какого-то горячего наказания, а десятиклассница каждое слово слушает, но мысли заняты совсем не математикой.

– Екатерина, вы почему так на меня смотрите? Вам плохо? Если у вас еще и со здоровьем проблемы, то это уже станет последней каплей.

– А, нет, ничего-ничего, вы продолжайте! – Катюша сосредоточилась. – Точнее, не продолжайте, я все услышала! И больше не дам повода меня упрекнуть. Вы были правы по поводу адаптации, но я быстро перестраиваюсь.

– Рад слышать. И на всякий случай замечу, что больше подобных разговоров с вами вести не буду. Хоть одна накладка – и вы больше не работаете рядом с Климовым.