Небо в мечтах (СИ)

Но мой сводный брат сразу же сказал, что только он и имеет право меня так называть — он придумал, он и будет им пользоваться.

Вообще Астрофьев чаще окликал меня этим имечком только наедине, но в тот вечер что-то пошло не так. Кир изжигал взглядом Юру, который в тот вечер почти всегда находился рядом, пока Олеся общалась с парнем моего потока, который, судя по всему, ей и понравился; разговаривал он с моим другом тоже будто без особого желания.

— Да, мам, — согласилась я, встряхнув головой и поднимаясь из-за стола, чтобы налить Киру кофе. Не люблю, когда мне дают какие-то имена — это слишком личное, они всегда несут какую-то историю, но самые интимные имена, которые даёт Астрофьев.

— Интересное, — удовлетворённо вдохнула женщина, делая глоток из своей чашки. Я же лишь снова конвульсивно кивнула, вновь отворачиваясь к плите с туркой.

Когда кофе был готов, а мой чай успел остыть до нужной мне температуры, в комнату зашли и остальные домочадцы квартиры - Кир с отцом.

Парень принял из моих рук только что приготовленный напиток, погладив по тыльной стороне ладони холодными пальцами, — снова курил в комнате через открытое окно, — от соприкосновения, из-за которого по коже побежали миллионы мурашек, я дёрнулась, непроизвольно отпустив чашку и готовясь к тому, что надо будет убирать горячее варево с пола и замазывать мазью ожоги с оголённых ног, но Кир успел перехватить её, слегка расплескав капельки тёмно-коричневой жидкости на пол.

— Осторожней, — шепнул парень, улыбнувшись. Мне же ничего не оставалось, как просто кивнуть. Тихо сказав простое “спасибо”, я вернулась на своё место, а справа присел и Кир. Что им повелевало в тот момент - знал лишь он.

— Кирилл, как дела с поступлением? — поинтересовался Влад, сидя за ручку с моей матерью и наивно полагая, что если ладони под столом, то этого никто не увидит.

— Уже зачислили, сегодня был там, в общем-то ничего нового не узнал, — кратко изложил парень, держа в ладонях чашку и делая из неё новый глоток.

— Как тебя могли зачислить почти в конце обучения? — удивилась я, переводя взгляд на Кира, который лишь хитро усмехнулся.

— Скажем так, постарался, — мягко произнёс он, будто маленькому ребёнку, который ни фига не понимает. Честно, обидно. Его голос, тон, манера говорить со мной добивали, будто перед ним и правда малыш, которому всё надо разъяснять.

— А если бы не запорол третий курс, то и стараться бы не пришлось, — с явным неудовольствием произнёс Влад, просверливая дырку в сыне.

К слову, их отношения всегда были для меня загадкой. Вроде бы они были достаточно дружны, но вместе с тем Кир как-то держался в стороне от отца.