Небо в мечтах (СИ)

— Космос, да поцелуй ты меня уже, — прошу с еле заметным напряжением в голосе, от чего уголки его губ стремятся ещё выше.

Минута, и Кир вновь дарит мне нежный поцелуй, сразу же прорываясь глубже и касаясь моего языка. Он оглаживает его, вырывая с моих губ тихий стон, пока его ладонь опускается на шею, сильнее прижимая к себе, а свободная ложится на талию.

— Ты горячая, — шепчет Кир мне в губы, пока я привожу дыхание в порядок. Подняв на него смущённый взгляд, пытаюсь понять, про что он говорит, но парень опережает меня. — Щёки горят, — поясняет Кирилл, уложив раскрытую ладонь чуть выше скулы.

— Да, — рвано отвечаю я, слегка отстраняясь от него. Прикоснувшись ладонью к щеке, понимаю, что парень был прав. Она горит, а я этого даже не почувствовала раньше.

— Видимо, я тебя смущаю, — с каким-то восторгом тянет Кир, опираясь плечом о стену рядом со мной. Протянув руку ко мне, он лёгким движением пальцев заправляет прядку волос за ухо, улыбаясь.

— Ты так радуешься, — удивляюсь я, поворачиваясь к нему. На лице — неподдельная улыбка, а в глазах — гамма чувств, половину которых даже понять не могу. Счастье, будто в глазах у ребёнка, когда он увидел заветный подарок под ёлкой, теплота, которую я вижу в глазах у родителей каждый раз, как встречаюсь с ними, но только тут она другая. Совсем другая.

— Никакой конкретики, помнишь? — хитро улыбается Кир, не больно щёлкнув меня по кончику носа, от чего я недовольно жмурюсь.

— А вопрос — куда мы пойдём, —

будет конкретикой? — фыркаю, отходя к окну.

— Вообще, конкретика, но ради тебя я нарушу правило, — довольно тянет он, улыбаясь. — Ко мне на квартиру, — легко срывается с его губ, пока я молча стою у подоконника, разглядывая снежинки, ложащиеся на стекло.

— Тогда ладно, — до меня не сразу доходит то, о чём он говорит — важно то, что нам есть, где пересидеть, но позже до меня доходит смысл. — Что?

— Ко мне на квартиру, — пожимает плечами Кир, будто веря в то, что говорит самые элементарные вещи. — У меня есть квартира.

— Стоп, тогда почему ты живёшь у родителей? — выставив ладони вперёд, интересуюсь я, параллельно вспоминая застольный разговор, в котором Кир обмолвился о общежитии.

— В квартире — ремонт, в ней существовать было невозможно. Я хотел пожить в общаге, но там были неполадки, так что отец предложил мне этот вариант, — кивок в сторону нашего этажа. — Я согласился. И не пожалел.

— А всё могло быть по-другому, если бы отказался, — качнув головой, опускаю глаза в пол, думая о том, что в действительности могло быть.

Наверное, Астрофьев бы спокойно жил в своей квартире или у друзей, пока я бы училась и рвалась уехать из города, даже забыв о существовании того странного Кира-незнакомца.