Мечтаю о третьем размере (СИ)

Домой возвращаюсь в отвратительном настроении, свет везде выключен, но в гостинную освещает экран телевизора. Замечаю спящую Милану, оккупировавшую мой любимый диван в гостиной, да еще и с альбомом под мышкой. Моим детским альбомом, к слову, который я по-тихому вынес из дома, чтобы мать перестала показывать мои детские фотки всем подряд.

Это прямое вторжение в личное пространство.

Я приютил ее, разрешил пожить у себя, а она копалась в моих вещах и выудила на свет некоторые старые скелеты. Так и знал, что стоило его сжечь. Превратить в пепел и развеять у берега моря.

Протягиваю свою руку в сторону альбома, пытаясь вытащить из-под ее ожиревшего тела, хотя возможно здесь я и преувеличиваю, но эта бестактная девица открывает глаза и спросонья, со страхом выдает:

— Ты кто?

— Бабайка, — единственное, что пришло на ум в этой ситуации. — Отдай альбом, иначе унесу тебя в параллельный мир бабаек.

Милана вздрагивает, отрывает от себя альбом и с силой бросает вперед. В меня. Вернее, прямо в нос.

— Ай, чтоб тебя! Какого черта ты творишь?

— Марк? Ой, проси, меня если ночью разбудить, я не сразу понимаю, что реальность, а что сон. Думала, реально Бабайка пришла….

Глава 29

POV Милана

Марк держится за нос и я с уверенностью могу сказать, что выражение его лица никак не похоже на доброжелательное.

— Ты заняла мое любимое место, двигайся, — садится рядом и вытягивает из-под моей головы подушку.

— Ну, прости, не видела надписи, — я в растерянности смотрю по сторонам, не зная, что делать — спрыгнуть с дивана и побежать в свою комнату, либо воспользоваться моментом и провести время с Марком.

— Успела посмеяться над тем, каким я был в детстве? — внезапно спрашивает он, улёгшись рядом.

Кажется, я второй раз за день переживаю настоящий эмоциональный передоз.

Он так близко ко мне, что я чувствую тепло его тела и запах…алкоголя.

— Ты пьян?

— Выпил всего стаканчик, мамочка.

— Я чувствую, — хмыкаю в ответ, уставившись в потолок. — Ты был миленьким ребёнком, — пытаюсь подколоть его.

Марк нащупывает на полу альбом, открывает на первой попавшейся странице и пытается разглядеть что-то в полутьме.

Меня накрывает какое-то странное чувство. Всего каких-то жалких несколько миллиметров разделят наши тела от соприкосновения. Я начинаю переживать, что мой живот начнет урчать слишком громко или что я внезапно начну икать, а еще вспоминаю, что не почистила зубы перед сном, поэтому решаю не открывать рот слишком широко во время разговора. Можно ведь произносить звуки одними губами?

Черт, и чего я так парюсь? Я же его ненавижу…

— В школе меня называли кабаном, — внезапно произнёс он после длительного молчания, когда я вот-вот была готова уснуть. — Я был жиробасом и у меня особо не было друзей.