Девочка-мечта (ЛП)

Виртуозно и уже на следующий день. Стас пришел на последний звонок с Сажиной как пара. Влюбленные и счастливые. Улыбались и держались за руки, говорили друг с другом, смотря прямо в глаза. И для меня это был удар такой силы, что я почти сломалась. Окончательно же это случилось после торжественной части, когда его уверенные слова разнеслись по всему холлу.

На меня был спор. Шутки ради. Завалить, использовать и кинуть. Вот и все.

А Таню он любил. Только ее одну.

Этом меня спасло и убило одновременно…

Глава 28

POV Арина

Не знаю, где я тогда взяла силы, чтобы не расплакаться на глазах у всей школы. Но я сделала это. Задрала нос повыше, сложила руки на груди, изображая совершенное безразличие к ситуации…и со всей силы прикусила щеку изнутри.

Почти до крови.

Чтобы перекрыть боль сердечную. Чтобы не наброситься на Гордеева и не расцарапать его грешные глаза. Чтобы не ползать у него в ногах, умоляя сказать за что он так поступил со мной? Что я ему, черт возьми сделала?

Выстояла. А потом сама же уехала вслед за ними.

В салоне авто меня и накрыло. Помню только, что водитель отзвонился отцу, причитая о том, что со мной творится какая-то неведомая херня. А потом все как в тумане. Просьбы отца поесть и принять какие-то «колеса», чтобы поспать и успокоиться. Видите ли, ему надоело слушать мой бесконечный вой. Пару раз был сам, требовал назвать имя смертника, что посмел обитель меня, изображал примерного папашу. Потом, видимо, надоело кривляться и в мою комнату штабелями пошли мозгоправы.

В топку! Да и мне самой было противно от того, в кого я превратилась – скулящая жалка псина. Незавидная участь…

Тем более, если учесть, что я с каждым днем все чаще думала о том, чтобы позвонить Стасу или написать. А потом просить хотя бы крупинку любви для меня.

Малюсенькую! Мне и бы и того хватило. Вот тогда-то мне и стало по-настоящему страшно.

Спустя пару дней выползла из своей комнаты и к отцу. Захлебываясь слезами, попросила как можно быстрее отправить меня из страны. Согласился быстро, а я наконец-то выдохнула, потому что верила – с глаз долой, из сердца вон.

Правда это только в поговорках все так радужно, а вот на деле…м-да…

На выпускной я так и не пошла. На звонки и сообщения Рябовой и Седых больше не отвечала. Но, Дима, оказался тем еще сталкером. Выследил, подошел в аэропорту, долго смотрел на меня, пряча руки в карманы джинсов и молчал. Так и стояли как два идиота, смотря по сторонам и совершенно не понимая, зачем тратим друг на друга драгоценное время.

– Останься, Арин. Все забудется, – наконец-то взлохматил шевелюру парень.

– Не понимаю, о чем ты говоришь и куда клонишь, – многозначительно посмотрела я на часы.

– Останься, – повторил Седых, – со мной.

– Не буду тебя обманывать, Дима. Я этого не хочу.