Мечников. Том 7. Расцвет медицины

Один раз погиб, но его ничему это не научило. Всё равно прётся и рискует собой. Вопрос только — куда?

Встреча с его братом у меня состоится через неделю. Я бы ещё понял, если бы он полез вслед за мной, чтобы повидаться и наказать своего убийцу — Виктора Балашова. Но в данный момент в его поступке я логики вообще не вижу.

— Где вы его поймали, Роман Васильевич? — изображая научный интерес, спросил я. — Я очень давно не видел мана-клещей, и уж тем более не ожидал, что такие существа могут водиться в Саратове. Всё-таки город большой, людный.

— А некротическим тварям всё равно! — махнул рукой Кастрицын. — Это ведь не просто мана-клещ! Я в нём чувствую следы какой-то тёмной магии. Такое впечатление, что какой-то умелец его из мёртвых воскресил.

Ну точно Токс. Если до этого момента я ещё сомневался, теперь мне точно ясно — мой друг в беде.

— Что ж, господин Кастрицын, ведите! Мне не терпится посмотреть на это «чудо», — произнёс я.

Преподаватель по борьбе с некротикой прямо-таки силком потащил меня к себе в кабинет. Я с трудом выбрался из его хватки. Он меня, похоже, воспринимал даже не как своего спасителя, а как соратника. Поскольку я в Российской Империи уже прослыл равноценно и как лекарь, и как убийца некротики.

— Меня аж всего трясёт, Алексей Александрович! — прогоготал Кастрицын. — Я, как видите, уже боец так себе. Ноги подводят. Уж больно много раз меня ранили. В последнее время меня если и отправляют куда-то, то только осмотреть уже мёртвую некротическую тварь. Нашли во мне патологоанатома! Ха! А я не хочу этим заниматься. Мне хочется и дальше рубить головы, растворять лекарской магией всякую опасную дрянь… Но мне уже такое не доверяют. А тут восставший из мёртвых клещ попался! Можете себе это представить?

Чёрт подери! Да в отношении некротики Кастрицын — самый настоящий маньяк. Надо вызволить Токса из его кабинета и как можно скорее.

Вот ведь болван мелкий! А если бы Кастрицын не был со мной знаком? Всё. Я бы даже не узнал, куда пропал мой клещ. Сгинул бы, либо попал в музей академии в виде сушёного монстра, прибитого к стене.

Кастрицын провёл меня в свой кабинет. На его столе стояла здоровенная клетка, накрытая толстым слоем ткани. Она ходила ходуном из-за того, что её узник изо всех сил пытался выбраться на волю.

— Ох, какой он резвый! Уже пятый час пытается выбраться. Хе-хе! — пропел Роман Кастрицын.

Пятый час… Значит, Токс вышел из квартиры сразу после того, как её покинул я. Но вместе со мной прошмыгнуть в дверь он точно не смог бы. Уж здоровенного клеща у себя под ногами я бы точно заметил. И в сумке моей он спрятаться не мог. Он, зараза, тяжёлый, как пять кастрированных котов. Сложно было бы проигнорировать столь кардинальные перемены в весе моей рабочей сумки.