Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 3

В какой-то момент близнецы решили закончить бой одним ударом. Они действовали инстинктивно, словно единый организм — Первый сделал мощный выпад в мою грудь, а Второй одновременно атаковал сердце Стража.

Идеально синхронизированная атака. Две сабли, нацеленные в жизненно важные точки. Если бы удар прошел, я бы получил смертельные раны и от физического клинка, и через связь со Стражем.

Но они недооценили мой опыт.

Я видел этот прием за тысячу лет до их рождения. Парный выпад в сердце — классическая техника для завершения поединка против одиночного противника. Эффективная, но предсказуемая для мастера. Даже можно сказать — скучная.

В момент, когда их клинки начали движение, я провел контратаку. Мой меч описал идеальную дугу, встречая сабли близнецов в точке максимального импульса.

Звук столкновения был похож на удар колокола. Обе сабли Первого близнеца вылетели из его рук, описав дуги в воздухе. Страж одновременно провел то же движение, выбив оружие у Второго.

Четыре клинка полетели в разные стороны лаборатории.

Но на этом сходство закончилось.

Веселье на моем лице мгновенно сменилось холодной решимостью. Я поймал одну из летящих сабель — элегантный клинок с изогнутым лезвием и рукоятью. Не теряя ни секунды, я сделал шаг вперед и этим же мечом пронзил его бывшего владельца.

Удар был быстрым и милосердным, как признание мастерства и умений. Лезвие вошло точно между ребер, пронзив сердце. Первый близнец даже не успел понять, что произошло — его глаза остались широко открытыми, но жизнь из них уже ушла.

Я осторожно вытащил клинок и повернулся ко Второму близнецу. Мой Безмолвный Страж растворился в воздухе, как рассеивающийся туман. Энергия, поддерживавшая его существование, вернулась ко мне.

— Для допроса нужен только один, верно? — спросил я, ожидая, что оставшийся в живых близнец впадет в ярость.

В большинстве случаев смерть брата или напарника вызывала у людей мощный эмоциональный всплеск. Гнев, скорбь, жажду мести — все это делало их более разговорчивыми, менее осторожными. Эмоции открывали лазейки для получения информации.

Но Второй близнец стоял неподвижно. В его голубых глазах не было ни горя, ни ярости, ни страха. Даже удивления от смерти брата не было. Только пустота — холодная, безжизненная пустота.

Он молча подошел к ближайшей сабле, которая упала рядом со столом, поднял ее и снова принял боевую стойку. Движения были такими же точными, дыхание ровным. Словно ничего не произошло.

— Вот как… — склонил я голову, понимая, в чем дело.

Эссенция Риверса похоже эволюционировала. Если раньше она делала людей яростными фанатиками, то теперь выжигала все человеческое, оставляя только идеальные рефлексы и боевые инстинкты. Идеальных солдат без эмоций, сомнений или привязанностей.