Меченый

Интересно, не правда ли, почему все твои деньги оказались в наличии и с кредитной карты не было снято ни цента?

– Возможно, платила она.

– Это странно… Но если она расплачивалась не наличными, а другим способом, то есть шанс отследить ее.

– Ну что ж, давай попытаемся.

Жужжание прекратилось, осталось жалобное похныкивание.

– Откуда ты знаешь этого парня? – спросил я.

– Однажды я оказал ему услугу. Когда сядешь в кресло, хочешь, я скажу Беппо, чтобы он вытатуировал что-нибудь эротичное?

– Нет, спасибо, Фил.

– Это может оказать благотворное влияние на твою светскую жизнь.

– У меня и так все прекрасно.

– Правда? Ты опять виделся с этой девушкой?

– С той, из клуба, у которой пропала сестра.

– С Моникой? Нет уж, извини. Во-первых, я с ней не встречался.

– Ты угощал ее обедом.

– Я оплатил чек в придорожной забегаловке. Это не означает, что у нас было свидание.

– Что, слишком гордый, чтобы встречаться со стриптизершей?

– А я однажды встречался со стриптизершей. Во Фресно. Ее звали Шона. Хорошая была девочка. Порядочная.

В этот момент занавеска отодвинулась и в приемной появился парнишка в футболке. Забинтованная выше локтя левая рука беспомощно висела. Глаза у мальчишки покраснели, веки распухли, тем не менее он улыбался так широко, словно нанес первый визит в публичный дом.

Когда он проходил мимо нас, из-за занавески вышел коренастый черноволосый мужчина, снимая с рук латексные перчатки. У него были большие уши, выпирающий подбородок и короткие кривые ноги портового грузчика. На мощных руках красовались многочисленные татуировки. Во рту дымилась сигарета. Увидев Скинка, он улыбнулся:

– И ты все это время ждал?

У него был грубый голос – вероятно, вследствие чрезмерного употребления спиртного и табака. И говорить он умудрялся, не вынимая сигареты изо рта. Она казалась приклеенной к его нижней губе.

– Если б знал, что ты здесь, врубил бы третью скорость.

– Не хотел беспокоить художника за работой, – сказал Скинк. – Как бизнес, Беппо?

– После того как ты помог ему выйти под залог, он подался в морскую пехоту.

– Мотает второй срок в Ираке. Наверное, было бы лучше оставить его там, где он находится. – Беппо повернулся ко мне: – Так это ты тот парень?

– Это я, тот парень.

– Виктор, – представил меня Скинк.

– Где наколка, Виктор? – спросил Беппо.

– Ладно, – сказал он, придерживая занавеску. – Разденься до пояса и прыгай в кресло – сейчас посмотрю.

Комната оказалась маленькой, но светлой. Кресло посередине подозрительно напоминало стоматологическое. Я снял пиджак, рубашку с галстуком, испытывая неприятное ощущение, будто обнажал не просто часть тела, но частицу внутренней жизни.

– Не стесняйся, Виктор, – сказал Беппо.