Меченый

 – Лавендер взглянул на часы. – Женщина с пистолетом упомянула о каких-то «чистильщиках». Полагаю, она имела в виду друзей Чарли из банды Уорриков. Наверняка они сейчас спешат сюда, чтобы скрыть трупы. Полагаю, нам следует прекратить болтать попусту. Чарлз, вы готовы продать картину?

– Нет, – ответил Калакос, – извините, я, конечно, вам обязан, вы спасли нас и все такое прочее, но я не продам картину. Я ее верну музею.

– Вы так решили? А я уже договорился о том, чтобы освободить вас от картины, причем не с вашим другом.

– Все равно ничего хорошего из этого не получится. Все, что с ней связано, оборачивается злом, если вы понимаете, о чем речь.

– Не совсем. А как насчет вас, Джозеф? Вы готовы расстаться со своей долей после стольких лет ожидания?

– Да черт с ней, – сказал Джоуи.

– А, опять разочарование, но похоже, здесь я ничего не могу поделать. Вас обоих накрыла волна дешевой сентиментальности, и я далек от мысли нарушать ваш настрой, однако несколько удивлен, что вы, Виктор, не приложили усилий, чтобы переубедить их. Лично я хотел лишь полюбоваться на эту прекрасную вещь, прежде чем доставить ее покупателю. Ну ладно, хорошо. Примите мой совет: бегите отсюда, немедленно. Мне тоже нужно спешить. Меня ждет пасхальное яйцо работы Фаберже на стоянке передвижных домиков в Толидо. Представляете? В Толидо. У изделия история, как и, впрочем, у яиц Фаберже. Кажется, последний владелец этого сувенира был расстрелян Лениным и сброшен в старую шахту. Вот и говори после этого, что прав тот, кто сильней. Чао, друзья мои.

Он забрался в разбитый автомобиль, мигнул нам на прощание фарами, объехал такси, стол для пикника, покосившиеся торговые ряды, выехал на узкую двухполосную дорогу и направился на запад – наверное, к Огайо. Он внезапно влетел в мою жизнь, поугрожал ей, спас ее и неожиданно вылетел. В этом бизнесе встречаешься с самыми разными людьми. Смешно, но я скорее всего буду по нему скучать.

– Нам нужно отсюда выбираться, – сказал я.

– Садитесь в такси, – велел Джоуи.

– Оно без дверцы, – возразил я.

– Я могу вести машину без дверцы.

– Может, оно и так, – согласился я, – но вопрос в том, через сколько минут нас остановят копы. А если не они, то «чистильщики» – Ронда Харрис, вероятно, сказала им, какая у нас машина.

– Но это же машина Хуки. Я не могу ее здесь оставить.

– Мы вернемся за ней и отремонтируем, я обещаю.

– Этот кусок дерьма не стоит ремонта, – отозвался Джоуи.

– Тогда как мы отсюда выберемся? – спросила Моника.

– Возьмем ее машину, – сказал я, показывая на окровавленную массу, лежащую на земле. – Давайте отыщем ее сумочку.

– А что, у нас есть время рыться в поисках мелочи? – полюбопытствовал Чарли.

– Нам нужны ключи от машины, – объяснил я. – И телефон.