Меченный смертью. Том 4

И вообще, весь его облик представлял собой человека весьма счастливого и полностью довольного своей жизнью.

— Александр Николаевич, — жизнерадостно произнес он. — Милости прошу к моему скромному столу. — И он указал мне на один из стульев.

Лакей тут же подошел и отодвинул его. Когда я уселся, он проделал то же самое со стулом графа Гурова, который устроился во главе стола."

"— Если вы считаете этот стол скромным, Василий Андреевич, — ответил я, удивленно подняв бровь, — то даже боюсь представить, что же тогда для вас обычный или уж тем более богатый стол? Эти блюда достойны лучших ресторанов столицы. Боюсь даже спросить, откуда все это изобилие? Разве что где-то здесь выстроена большая кухня и на ней орудуют с десяток первоклассных поваров. Но, учитывая, где мы находимся, звучит это абсолютно невероятно.

— Не берите в голову, Александр Николаевич, — небрежно махнул рукой граф Гуров. — Эти приземленные вопросы не стоят того, чтобы ради них сотрясать воздух. Просто наслаждайтесь приятным ужином. — Однако произнесено это было отнюдь не без тщеславия. Граф, несомненно, гордился очередным доказательством своего благосостояния.

За столом у нас завязался весьма интересный разговор.

— Александр Николаевич, позвольте полюбопытствовать, — граф Гуров с любопытством взглянул на меня, — а как у вас так лихо получается управлять аномальными монстрами? Лучшие маги и шпионы империи бьются над доступом к этой информации. А вам, похоже, и биться не пришлось. Не замешан ли здесь какой-то мощный, неизвестный и уникальный артефакт? — После этих слов в глазах артефактора на миг полыхнули алчные огоньки.

— Это весьма неудобный вопрос, Василий Андреевич. Возможно, в высшем свете его бы даже сочли несколько бестактным. Но я все-таки благодарен вам за прямолинейность. Честно говоря, я уже заждался, когда же вы об этом спросите. Во-первых, я, конечно же, полностью осознаю, что если про эту мою способность узнают власти, то за мою жизнь никто и ломанного гроша не даст. Так что в каком-то смысле моя судьба сейчас находится в ваших руках.

— Полноте, граф, — благосклонно улыбнулся Василий Андреевич, — я уже говорил вам, что мы находимся по одну сторону закона. Это и побудило меня вам открыться. Я, знаете ли, вообще мог не попадаться вам на глаза и провести осмотр артефакта через одного из моих слуг. Но когда я увидел, как из пустоты в один миг материализовалась гигантская сколопендра, абсолютно во всем вам послушная, я не смог удержаться от личного знакомства с вами.

— Все, что я пока могу вам открыть, любезный Василий Андреевич, что эта моя способность никак не связана с какими-либо артефактами. Это больше похоже не дар. Причем дарован он мне против моей воли. Его нельзя передать другому.