Меченный смертью. Том 4

Это было очень необычно, учитывая, где мы находимся. Отношения с людьми, хоть как-то связанными с дикими погонщиками, в империи не приветствовались, а после недавних событий вообще могли оказаться под запретом. Граф Гуров не мог этого не знать. К тому же это был лагерь контрабандистов, а наказание за контрабанду было очень жестким, вплоть до смертной казни. Хотя, по прошлой своей жизни я знал, что услугами лихих торговцев из диких земель негласно пользовались многие аристократы из высшего света, включая даже императорскую семью.

Граф двинулся к сумке с артефактом. Я понимал, что присутствие такого высокопоставленного человека меняет правила игры, и никто сейчас не посмеет открыть огонь. Поэтому я быстро спрыгнул с медведя и приказал монстрам немного отойти в сторону.

Открыв большую седельную сумку, лежащую на земле, я выставил на всеобщее обозрение ярко-синий кристалл, полыхающий красными прожилками. В глазах артефактора на миг мелькнул неподдельный интерес. Он решительным шагом подошел к кристаллу, достал какой-то прибор, с виду похожий на компактный ноутбук с двумя выходящими из него антеннами. Поднеся его к артефакту, граф внимательно посмотрел на экран и, прочитав быстро бегущие по нему строчки, удивленно хмыкнул. После этого он убрал свой прибор и начал внимательно осматривать сердце голема, то неторопливо водя над ним руками, то прикасаясь к нему, то даже прислушиваясь.

— Любопытно, весьма любопытно, — с интересом взглянув на меня, произнес в конце концов граф Гуров. — Ну что ж, характеристики артефакта вполне соответствуют запрошенной за него сумме, — добавил он, довольно потирая руки.

Обернувшись, он молча кивнул рыжебородому. Тот сразу же махнул кому-то на стене и в следующий миг массивные ворота со скрежетом раздвинулись в обе стороны. Из лагеря выехал бронированный грузовик с закрытым кузовом, а за ним кран и погрузчик. Началась рутинная работа по погрузке товара.

В это время граф отвел меня в сторонку, приказав телохранителям ждать его.

— Молодой человек, — обратился он ко мне, взяв меня под руку и с интересом заглянув ко мне в глаза, — а я вспомнил, где вас видел. Это было на приеме в имперском клубе в день убийства вашего отца. — И он внимательно посмотрел на меня, видимо, пытаясь уловить мою реакцию.

Я постарался, чтобы ни один мускул не дрогнул на моем лице.

— Как бы то ни было, — продолжил граф, — но могу вам с уверенностью сказать, что вы достойный сын своего отца. И раз уж мы теперь по одну сторону имперских законов, — Василий Андреевич кивнул на лагерь контрабандистов, — и вполне знакомы друг с другом, позвольте вам предложить еще одну сделку лично от себя. Если уж быть совсем точным, это не совсем сделка. Скорее, это набор пожеланий.