Меченный смертью. Том 4

Этот паразит тонко чувствует, где та грань, которую нельзя переходить, чтобы человек не умер. Червь подпитывает организм, не давая ему погибнуть, а вместе с тем постоянно заставляет жертву переживать неимоверные страдания."

"В естественных условиях у бедолаги остается только один выход — покончить с собой. Но если адский червь — это орудие казни, то тебя лишают даже этой возможности. Человек мог страдать неделями, пока окончательно не лишался рассудка и в конце концов все-таки умирал. Именно такая жуткая казнь и практиковалось в ордене Черной розы по отношению к самым злостным нарушителям строгого внутреннего кодекса.

— Поверь мне, есть кое-что похуже адского червя, — глухо ответил мой собеседник. — Но, давай, не будем сейчас об этом.

Верховный магистр медленно потянулся к своей маске, ухватился за ее край и снял с лица.

— Теперь ты точно знаешь, что здесь нет чужих глаз и ушей. Иначе бы я не смог сделать этого в твоем присутствии. — Передо мной предстало все то же точеное лицо с аккуратной бородкой и усиками. На лице промелькнула искренняя улыбка. — Теперь ты должен мне рассказать, что с тобой случилось, Серый. Почему ты выглядишь, как сын князя Рокотова? Это что, одна из ваших тайных операций?

— Ты не поверишь, но я и есть сын князя Рокотова. Это тело не иллюзия и не плод трансформации Безликих.

Увидев беспокойство и неприкрытое подозрение, промелькнувшее в глазах Дубровского, я поправился:

— Спокойствие, друг мой. Это касается только внешней оболочки, но не содержания. — И я в подробностях поведал Андрею то, что со мной произошло во время выполнения заказа на князя.

— Но это невозможно, — задумчиво пробормотал Дубровский. — Перемещение души в новое молодое тело. На такое никто не способен. Ни один даже самый могущественный маг. Попыток были тысячи. Все хотят жить вечно. Но никто еще не нашел этот Священный Грааль.

— Видимо, кто-то все-таки нашел, — ухмыльнулся я. — Только я понятия не имею, кто это и с какой целью он все это со мной сотворил.

Я решил пока не рассказывать Дубровскому про шаманские фокусы, которые сопровождали мою жизнь в последние несколько недель. Сейчас у меня была совсем другая цель.

В глазах моего собеседника на миг мелькнуло недоверие. Я, конечно, понимал, что Дубровский не дурак и скорее всего догадался, что я ему не все рассказал. Как понимал и то, что с этого момента он установит за мной слежку. Его страсть к поискам элексира бессмертия была мне давно известна. Но я точно знал, что, даже если мой друг не во всем мне доверяет, он не желает мне зла. Во всяком случае прямо сейчас. Впрочем, как и я ему.

Дубровский какое-то время задумчиво сидел, изредка бросая на меня изучающие взгляды. Затем он, видимо, все-таки решил сменить тему разговора.