Меченный смертью. Том 1

Но особо настаивать на ней не стоило, чтобы не вызвать подозрения оперативника, что я пытаюсь его в чем-то убедить. Поэтому я добавил, пожав плечами:

— Хотя, это всего лишь мои предположения. И я уверен, что вы обязательно выясните, что же там случилось на самом деле.

Соловьев, прищурившись, взглянул на меня, и слегка улыбнувшись, ответил:

— Обязательно выясним, Александр Николаевич. Если ваша версия ночных событий подтвердится, то я буду ходатайствовать о заключении графа Волкова под домашний арест на все время следствия. Собранные материалы по нападениям и готовящимся терактам будут переданы в военно-полевой суд, который и вынесет окончательное решение."

"— Это очень хорошая новость, Иван Федорович. Не знаю уж, чем я не угодил графу Волкову, но буду рад, если подобные нападки с его стороны больше не будут повторяться.

— В этом и заключается наша прямая обязанность: следить, чтобы никто не подрывал обороноспособность своих соседей. Ваша главная задача — охранять границы империи от монстров. Поэтому государь и запретил родовые междоусобицы на переднем крае.

Соловьев открыл свой портфель и достал два листа, плотно заполненные печатных текстом. Положив их передо мной на стол, он сказал:

— Протокол ваших вчерашних свидетельских показаний, Александр Николаевич. Ознакомьтесь. И, если со всем согласны, подпишите.

Пока я изучал содержимое документа, оперативник, как бы невзначай, добавил:

— Кстати, по поводу вчерашнего свидетеля, Ивана. Он на допросе сознался в тяжких преступлениях, и был переведен в разряд подозреваемых. Так что теперь он взят под стражу, и выдать его вам мы, как вы сами понимаете, не можем.

Главное, чтобы свидетель дожил до суда, подумал я, но в слух, конечно же, ничего не сказал. Хотя, у меня были серьезные сомнения на этот счет. Что-то мне подсказывало, что граф Волков с помощью денег и связей сумеет выпутаться из этой непростой ситуации. А это значит, что когда-нибудь он снова придет на мою землю. И когда это случится, я должен быть во всеоружии.

Я подписал протокол и вернул его Соловьеву. Тот убрал его в портфель, поднялся с кресла и, сухо улыбнувшись, сказал:

— Что ж, Александр Николаевич, впереди у меня еще много дел. Надо опросить ваших людей и осмотреть места преступлений. Если что-то понадобится, то я с вами свяжусь. — Оперативник отвесил легкий поклон и вышел из кабинета.

Оставшись один, я задумался о том, что такой опытный оперативник наверняка кого-нибудь расколет по поводу запретной темы. Весь вопрос в том, что ему удастся узнать? Всё, что видели другие бойцы — это странное оружие в моих руках, похожее на антидроновое ружье, и голубое свечение, окружавшее технику и магов противника. Конечно, с большой натяжкой, но все это можно списать на обычные вещи.