Хранитель Мечей. Рождение мага

И точно так же – широкие окна первого этажа.

– У магистрата свои методы, – проворчал Тёмный, подсовывая когтистую лапу под доску и без всякого усилия выдирая ее вместе с гвоздями. – Входи, Неясыть, времени нет!

Фесс вошёл следом за учителем, не забыв запечатать за собой вход. Он поставил самое сильное заклятие, какое только знал, – в висках аж зазвенело от боли.

– Не трать силы попусту, – бросил Тёмный, не оборачиваясь. – Они тебе сейчас понадобятся. Все без остатка. Ну, чего ты на меня смотришь? Черти Круг Отражения! Черти, прежде чем мы войдём к трупам!

Фесс стиснул зубы и повиновался. Совет Даэнура был хорош… но запечатать вход тоже было нужно. Крысы крысами, а не хватало, чтобы заразу начал разносить ветер.

Круг Отражения. Одно из самых сильных заклятий в арсенале некроманта. Ему учат только на четвёртом году… но у Тёмного имелись свои соображения по поводу темпов обучения.

Здесь могла помочь только собственная сила Фесса – и она послушно пришла на его зов, но, неожиданно для него самого, в облике той самой обольстительной Атлики, которую он столь старательно пытался забыть все эти недели. Одета девушка была более чем легкомысленно; Фесс ощутил прилив крови к щекам, и в тот же миг вокруг него сгустилось нечто вроде лёгкого, призрачного тёмного пламени. Миг – и всё растаяло, но защита была уже установлена.

Фесс невольно вытер пот со лба. Атлика… так вот какая у тебя власть! Значит, я, сам того не подозревая, думаю о тебе, беспокоюсь и стремлюсь защитить? Ладно, надо постараться разыскать тебя сегодня…

Думать о том, что девушки уже, быть может, нет в живых, Фесс категорически отказывался.

– Иди за мной! – громыхнул Тёмный. Он уже стоял на пороге комнаты. Неясыть стиснул зубы и шагнул следом.

Ещё совсем недавно это была милая и уютная комната, с камином, большим столом, отполированными лавками, резными сундуками, высоким буфетом – пекарь, очевидно, преуспевал; в углу грудой были свалены детские игрушки – тряпичные куклы, звери, вырезанные из дерева фигурки всадников и пеших, колесницы – тоже не из дешёвых; на окнах – длинные мягкие занавеси, в буфете – парадная посуда. В углу – Лик Спасителя; здесь, наверное, в него искренне верили.

Да вот только не помог никакой Спаситель.

Фессу потребовалось сжать зубы ещё крепче, до хруста и боли, чтобы не отвернуться и не броситься наутёк при виде открывшегося ему зрелища."

"Поперёк комнаты лежало тело крепкого, дородного мужчины, так и не успевшего снять пекарский колпак. Он лежал на спине, черты лица были страшно искажены – не от боли, от ужаса; щёки и лоб покрыты ало-синюшными пятнами, в середине каждого кожа лопнула, кое-где обнажилась кость. О запахе не приходилось даже говорить; Фесс едва смог бы дышать, если б не Круг Отражения.