Меч Томаса

 – Мне не требуется ничье разрешение, чтобы подняться на палубу или проводить время так, как я считаю нужным!

В желудке Олега призывно заурчало, он поскреб широкую грудь под распахнувшейся волчовкой, обереги на его груди зазвенели.

– Дело твое, – согласился он, пожав плечами. – Женщины нынче свободных нравов, кто я чтобы удерживать. Развлекайся с матросами, только не шуми ночью. Я люблю, когда тихо.

На лице молодой женщины отразилась растерянность, она раскрыла рот, но тут же его закрыла, а когда Олег в благодатной тишине покинул каюту, то услышал, как звякнул замок. Волхв хмыкнул – вот и правильно, пусть запирается.

На палубе царило оживление – матросы катают бочки, перекладывают снасти и гогочут. Капитан Патрик на своем бессменном посту держит штурвал. Заметив Олега, он расплылся в счастливой желтозубой улыбке и помахал ему.

– О! Пастор! Очнулся!

Взгляды матросов обратились к Олегу, но через пару мгновений каждый вновь занялся своим делом. Никто не в курсе, что сутки назад он спас их от неминуемой гибели в волнах разгневанного отчаянием морского бога. Их вера теперь иная и не позволяет зреть богов. Даже того единственного бога, которому поклоняются, видеть не способны, ибо по нынешней вере бог являлся лишь избранным и богобоязненным. А морское божество из тех времен, когда с богами были на «ты» и видели их во плоти, ходящими по земле. Не видят люди больше богов. Ни новых, ни старых.

Он поднялся на мостик к капитану и встал лицом к морю и боком к капитану.

– Ну, пастор, напугал ты меня, – хохотнул тот, хлопнув себя по бедрам. – Думал, все, отправился на корм рыбам. Это ж надо! А? Как выплыть-то удалось тебе?

Лицо Олега приняло отрешенное выражение, взгляд устремился за морской горизонт, он сказал:

– Кто знает.

– Да уж точно, – крякнул капитан, его голос понизился, уже тише он сказал: – Пастор, кажись, у меня было видение.

Олег молчал, но перевел взгляд на капитана, тот продолжил:

– Не знаю, то ли от шторма мерещиться начало, то ли правда было. Но будто не волна мой корабль перевернула и потянула на дно, а… пес его знает… Нечисть какая-то что ль…

Олег с грустью потер подбородок, который крепко зарос рыжей щетиной. Прежде люди сослались бы на богов, но после прихода другой религии все перемешалось, богов зовут нечистью, в них не верят. А то, во что верят, уже работает не слишком.

– Почудилось мне, – сказал капитан и поглядел по сторонам, опасаясь, что кто-то услышит и решит, что лишился разума. А там и до бунта рукой подать, – что тонем мы. Прям натурально, под воду. И пена вокруг будто… И…

Голос капитана понизился еще больше, моряк наклонился к Олегу и произнес:

– Хошь верь, хошь нет, но привиделось, будто ты корабль из пучины вытянул. Во как.