Меч Томаса

– Слушай, – снова проговорил громила, который, скорее всего, главный, с напряжением оглядывая широкие и крепкие плечи Олега. – Мы не хотим тебя калечить. Ты по ходу и так какой-то юродивый, рыжий, в волчовке. Иди по-хорошему.

Олег печально вздохнул.

– Уйду, уйду, я всегда ухожу. Но меня находят. Не дают уединиться…

– Да вали уже, убогий! – рявкнул тот, что подальше.

Двинув плечами, Олег произнес буднично:

– Пустите женщину, я и уйду.

Громилы снова переглянулись, девица всхлипнула, по щекам льются блестящие дорожки, сама бледная, губы дрожат. Женщина одета не дорого, но прилично, забраться в такой район она могла либо по дурости, либо по большой надобности. Женский ум потемки, так что возможны оба варианта.

Главарь банды оскалился в гадкой ухмылке.

– Так тебе девка нужна? Ну, мы поделимся. Вставай в конец, так и быть.

Олег покачал головой.

– А я жадный. Не хочу делиться.

– Да кончай его! – выкрикнул второй и ринулся на Олега.

В полумраке сверкнуло лезвие ножа, женщина громко закричала, и вся банда с оружием бросилась на Олега.

Дрался Олег без энтузиазма, механически выставляя блоки и делая выпады. Нет большой чести и удали биться с теми, кто слабее тебя. Ему претила эта стычка, которую и дракой не назовешь, но урок преподать надо, чтобы другим неповадно было. Они еще дикари, если не понимают простых истин о человечности, так что сейчас он осуществляет самую что ни есть воспитательную необходимость. Неприятную, но нужную. Пальцы сами хватали, ломали, подворотня наполнилась хрипами, криками и хрустом костей."

"Когда все стихло, Олег с грустью обнаружил себя в полумраке среди раскиданных в неестественных позах тел. Девица сидит на земле, в ужасе обнимая колени и таращась на него.

– Цела? – спросил Олег буднично.

Она покивала, Олег снова поинтересовался строго:

– Ты зачем поперлась ночью в подворотню? Не знаешь разве, что тут бывает?

– Мне н-надо было, – тихо и заикаясь, отозвалась девица.

– Надо ей было, – проговорил Олег недовольно, будто журил расшалившихся мальцов. – Одним надо, а другие потом не помнят, о чем думали. Может, я почти понял. А тут ты…

Несколько секунд его взгляд оставался суровым, но потом отрешился, будто уже унесся в незримые дали мыслить о вечном. Девушка поднялась, отряхивая грязь с подштанников, лицо чумазое, на колене дырка, пуговицы на горловине платья расстегнулись и аппетитные формы запросились на свободу.

Она спешно застегнулась и, покосившись на неподвижные тела, шарахнулась в сторону.

– Вы… вы зачем их? – прошептала она перепуганно. – Насмерть?

– А, так это твои знакомые? – рассеянно спохватившись, спросил Олег. – В следующий раз говори, мол, вы тут развлекаетесь. Уж простите великодушно, помешал.

– Чего? – выдохнула девушка.