Меч над пропастью

– Что вам нужно, достойные воины?

– Как что? Ты нас обидел, туфан! Принес дары паваши, а про нас забыл.

– У меня только две руки и одна спина, – сказал Инанту. – Я не мог принести дары для всех домочадцев паваши Сесса.

– Для всех и не надо, но нас ты должен одарить, – промолвил воин. – Иначе мы тебя подвесим на древесной ветви.

– Но у меня ничего нет!

– Есть. Твоя одежда, твой пояс, твой нож и бурдюк с водой. А если тебя потрясти, то и браслеты найдутся. Ты ведь в Кьолле торговал… Где же прибыль?

Они не отвяжутся, понял Инанту. Драться ему не хотелось, и он внезапно прыгнул в сторону и пустился бежать. Ноги у него были длиннее, чем у приземистых ядугар, имплант подпитывал мышцы гормонами и кислородом, так что в резвости и выносливости он дал бы грабителям сто очков вперед. Они его не догнали, потеряли в чаще, и через несколько минут Инанту уже плыл над землей в белом пушистом облаке.

Глава 17. Поход

Очаг начинается с вождя.

Пословица шас-га"

"Армия тянулась по дороге нескончаемой чередой. Серый Трубач, окруженный стражами, ехал впереди, сразу за ним двигались отряды Мечущих Камни и Белых Плащей, двух многолюдных племен, что составляли центр войска. Дальше покачивались на спинах яххов Люди Песка и Люди Ручья, Зубы Наружу и Люди Молота, Пришедшие С Края, Сыновья Ррита, Полоса На Спине и другие кланы, которых вели Кушта и Лиги-Рух. В хвосте последней шеренги скрипел колесами обоз, сотни телег с грузом палаток и шкур, стрел и копий, бурдюков с водой и корзин с припасами. По обе стороны от него всадники гнали толпы пленных и стада свиней и хффа, новую пищу, дарованную Баахой. Вздымалась пыль, ревели животные, стонали взятые в неволю люди, перекликались сторожевые шас-га, носились вдоль тракта посыльные, мчась то к голове колонны, то к последним отрядам воинства или к обозу. Армия Трубача шла на восток, а ее предводитель, сидя на могучем скакуне, глядел на небо и пытался услышать голос богов.

Слышал ли он его прежде? Конечно, Ррит говорил с ним, но так, как и с другими шас-га, с воинами, самками и самым жалким из детенышей, ибо голос Ррита был ясен всем – голос пустой утробы, жажды, сосущего голода и ослабевших мышц. Прежде, размышляя над таинством Спящей Воды, Трубач решил, что это благодеяние Ррита, что тот смилостивился над племенами степи и, открыв дорогу через горы, дал им в пищу кьоллов, туфан и всех других людей, какие встретятся в этом краю. Но, кажется, он ошибался – Рриту жалость неведома, и жестокий бог отступился от шас-га лишь по велению Баахи. Здесь, за горами – как сказал Айла, ппаа Белых Плащей, – Бааха и дети его Уанн и Ауккат были сильнее Ррита и доказали свою мощь знамением.