Меч над пропастью

 – Сейчас я с ним поговорю.

Серый Трубач, звеня колокольцами, приблизился к ним, и караульные, пав ниц, пробормотали: «Кровь – вождю! Мой лоб у твоих колен, повелитель!» Тревельян и Сувига тоже опустились на колени. Оглядев их, вождь властно махнул рукой.

– Делайте свое дело. Ты – Айла из Белых Плащей? – Его взгляд воткнулся в Тревельяна, как раскаленное острие. – Говори с демоном! Хочу посмотреть, что ты умеешь.

Предводитель шас-га был немолод, но крепок телом и, вероятно, не жаловался на здоровье. Он мог прожить еще десяток местных лет – больше двадцати по земному счету – и привести в запустение и хаос все обитаемые районы континента. Ивару доводилось встречать таких владык в примитивных мирах; жестокие и хищные, они излучали ауру власти и уверенность в собственной непогрешимости.

– Прикажи, и я буду грызть камни, – молвил Тревельян и, сделав щель между кольями шире, полез в клетку. Миллер встрепенулась, стиснула кулаки и уставилась на него. Ивар понимал, что она видит: не коллегу и координатора, а жуткого обличьем людоеда-дикаря. Он осторожно шагнул к женщине. Миллер вскочила, развернулась вполоборота к нему и приняла боевую стойку. Как все разведчики ФРИК, она отлично владела приемами самозащиты.

– Прочь, животное! Не подходи!

Сказано на кьолле, отметил Тревельян. Она не владела языком кочевников, но понимала, что обращаться к ним на земной лингве бессмысленно.

– Успокойтесь, Нора, – произнес он, совершая магические жесты, пристойные колдуну. – Это я, Тревельян. Не нужно обращать внимания на мою внешность.

– Ивар?.. – Ее руки опустились, в глазах вспыхнула надежда, но тон остался сварливым. – Ну наконец-то! Я тут ночь просидела, и вечер, и утро! В этой клетке! В жутких условиях! Среди вонючих каннибалов! Где вы были, черт побери?

– Развлекался в гареме, – пояснил Тревельян. – Потом завтракал. Устрицы, перепела, гондванские фрукты, вино с Тинтаха… Сами понимаете, было не до вас.

Доктор Миллер поперхнулась, прокашлялась и опустила глаза.

– Простите, Ивар, сейчас я буду в норме… простите… Я так рада вас видеть… Понимаете, я попала сюда…

– Потом, Нора, потом. Сейчас встаньте на колени и обнимите мои ноги. Я – великий чародей, а вы – небесный дух, которого мне нужно усмирить. Поскорее, моя дорогая. Серый Трубач следит за нами.

– Для небесного духа я, пожалуй, грязновата, – заметила Миллер и бухнулась на колени. Отличный профессионал, она быстро адаптировалась к ситуации и могла изобразить что угодно, от унижения до праведного гнева.

Позади раздались изумленные вопли стражей. Серый Трубач и Сувига молчали, но как бы по-разному: в молчании вождя ощущался интерес, в безмолвии шамана – страх и зависть. Вероятно, ему уже чудились котел и нож, которым разделывали трупы.