Меч обнажен

Беда в том, что обезьяны не убежали в лес, а прямиком направились в гостиницу и познакомились с любимыми вещами Хориховена. Одна из них съела мыло и потом долго пускала пузыри. Я слышал даже угрозы пристрелить кое–кого.

На мой взгляд нам просто необходимо навестить минхеера–плетущего сети. Если его груз будет сопровождать нас на борту, следует официально представиться. Может, его животные разделяют наше нежелание сообща пользоваться корабельными удобствами?

Кейн даже присвистнул, когда они подошли к гостинице.

— Да, настоящий обезьянник в Центральном Парке! Что за тип этот парень!

Обитатель клетки приблизился ближе к прутьям и прижался к ним мордой. Он внимательно разглядывал посетителей, в его выпуклых глазах отразился живой интерес. Лоренс негромко рассмеялся.

— Наверное, мы кажемся ему такими же некрасивыми, как он нам, — предположил голландец. — Если он образец красоты у чёрных обезьян — а так оно и есть, иначе он не попал бы к Хорнховену, — мы ему должны казаться шедеврами безобразия…

И как будто подтверждая оценку Лоренса, обезьяна фыркнула и отошла к середине своего владения. Выбран фрукт из ящика, она принялась есть, повернувшись спиной к внешнему миру, так что остались видны только длинная грива на голове, согнутые плечи и рудиментарный хвост.

— Какая невежливость! — прокомментировал Кейн. — Больше никогда не приду к тебе в гости. И ты не будешь моим гостем на корабле. Ван Блеекер получит полный отчёт о твоих манерах.

Сэм отошёл к другой клетке, гораздо меньше, и согнулся вдвое, разглядывая лохматый клочок коричневато–жёлтой шерсти, которую кто–то небрежно сунул в развилку ветки.

— Эта штука, кажется, спит, — сказал он остальным, когда они подошли. — А что это?

Опознал образец Лоренс.

— Долгопят. Умный малыш. Но днём он всегда спит. Живёт на деревьях. Это что–то среднее между белкой и обезьяной."

"— Если он весь день спит, не вижу, что хорошего он принесёт зоопарку. Кто будет смотреть на него по ночам? Фу, что за вонь! Тут, должно быть, поселился дедушка всех скунсов! — Кейн, потерян интерес к долгопяту, перешёл к следующей клетке. — Да это кошка!

— На самом деле малайская виверра. Голова скорее похожа на лисью, правда? Их можно приручить…

— О, у меня посетители! — по проходу между клетками размашисто шагал высокий человек с окладистой рыжей бородой, лежащей на груди, и в малайском тюрбане. Шёл он походкой опытного охотника и лесника.

— Минхеер Хорнховен? — Лоренс протянул руку. — Мы слышали о вашем собрании и взяли на себя смелость взглянуть. Мои друзья не бывали раньше на островах, и эти животные первые, каких они увидели. Мы с «Самбы»…

Плетущий сети энергично пожал всем тропы руки.

— Очень хорошо, минхееры.