Меч ислама

— Дорогая моя, если бы речь шла только о вашей жизни… — задумчиво проговорил Просперо, и вдруг его прорвало: — Да знаете ли вы, за что я заплатил этой услугой? Чего я добился в итоге?

И он рассказал, от какой страшной судьбы уберегли ее благословенные небеса; о намерении Синана преподнести ее Сулейману; о том, что Драгут хотел оставить ее себе, чтобы удовлетворить свою страсть и насолить ненавистному Андреа Дориа.

Выслушав Просперо, Джанна горестно застонала и склонила голову ему на грудь.

— Мог ли я перед лицом такой жуткой опасности раздумывать о своем долге перед императором и всем христианским миром?! — вскричал Просперо. — Сердце мое разрывалось. Я ломал голову, пытаясь придумать, как всучить им выкуп за вас. И во что бы все это ни обошлось императору и христианам, я до конца дней буду благодарить Бога, указавшего мне путь к вашему избавлению.

Джанна закрыла лицо руками. А он склонился над ней.

— Скажите, Джанна, мог ли я думать о чем-либо, кроме вашего спасения? На какой еще путь могли наставить меня небеса и моя честь?

Джанна отняла руки от лица. Оно было едва различимо в сгущавшихся сумерках. Взяв лицо Просперо в ладони, женщина заплакала.

— Простите мне все, что я сказала, дорогой. Я подумала, что вы пошли на это из-за вражды к Дориа. Я не предполагала… — она осеклась и добавила полным боли голосом: — Но что теперь делать, Просперо? Что будет потом, когда Драгут ускользнет из ловушки. Ведь обвинят в этом вас, не так ли?

— Это будет потом. Сейчас речь о другом. Если думать о грядущих трудностях, то я не смогу преодолеть сегодняшние. Во-первых, надо завершить начатое дело. Если я отнял добычу у господина Андреа Дориа, тем хуже для него. Это не беспокоит меня, равно как и иные последствия. Не волнуйтесь же и вы, Джанна. Все образуется. Радуйтесь, что вас не отправили в Алжир или Стамбул. Как говорят мусульмане, что предначертано, то предначертано. Мы только следуем своей судьбе.

Он обнял ее, прижавшись щекой к ее щеке, мокрой от слез.

— Теперь мы вместе, моя любовь. Вместе, будто по волшебству. И, с Божьей помощью мы будем вместе, несмотря на все последствия этого странного приключения.

Глава XXVIII. КУДА ГЛАЗА ГЛЯДЯТ"

"Так и не раскаявшись в своем «предательстве» и не думая о последствиях, Просперо принялся ломать голову над тем, как им с Джанной обрести полную свободу.

— Никогда, — сказал он ей, — жизнь еще не была так дорога мне, как теперь, когда я делю ее с вами. Она слишком бесценна, чтобы рисковать ею. Дориа станет мстить, если мы попадем к нему в руки. Вас, возможно, отправят в монастырь, меня же вздернут на нок-рее или придумают какую-нибудь менее зрелищную казнь. А мне вовсе не хочется, чтобы наша история получила такое печальное завершение.