Хазарский меч

До женихова дома было далеко, и пока проделали только обряды в доме невесты, выводящие ее из-под власти рода. Теперь она не принадлежала ни отцу, ни мужу; старший брат, Прибымир, вместе со своей женой должен был отвезти ее в Тархан-городец, где ее привяжут к мужу и новому дому. А пока весь день кудоярские девушки пели прощальные песни, как будто одна из них умерла.

Приступи, родимый батюшка,Ко моей-то девьей красоте,– причитала сама невеста, сидя на лавке посреди избы.

Расплети, родимый батюшка,Мою русую ты косыньку.Видно, я у вас отнежилась,Видно, я открасовалася!Видно, я вам принаскучила!Видно, больше вам не надобна!Вратимир первым подошел и немного расплел ей косу снизу; Унева начала то же самое, обращаясь теперь к матери, и так пока все родичи, до младшего из братьев, не поучаствуют в разрушении ее девичьей воли.

Ярдару не полагалось при этом быть, и он провел день у Заволода, но долетавшие даже сюда погребальные причитания наполняли его душу блаженством: то сокровище, что они потеряли, отныне будет принадлежать ему.

В этот раз он остался ночевать у Заволода. Когда голоса смолкли и толпа перед Вратимировым домом разошлась, все улеглись, но Ярдару не спалось. Он забыл и хазар, и грядущий поход, на уме была одна Унева. Уже скоро, как только уложат ее приданое и она попрощается со всей родней в окрестностях, он увезет ее в Тархан-городец. Уже дней через семь, много десять, она станет хозяйкой в его доме. Хорошо бы найти для матери другую избу, размышлял Ярдар, пусть там сама управляется. С покойной Безлетой Дивея ладила, но только потому что сама ее выбрала за покладистый нрав, да и та, с детства привыкнув почитать ее и Озору, ни в чем им не перечила. Уневу, выбранную без ее согласия и ведома, Дивея едва ли встретит хорошо, но Ярдар был твердо намерен не дать ей помыкать новой невесткой.

Он еще не спал, когда в дверь постучали. Сердце дрогнуло от неожиданности, чувство легкости и счастья уступило место тревоге. Подумалось даже, что та мертвая сестра явилась снова и… Пробрала холодная дрожь, и Ярдар живо сел на полатах, едва не грохнувшись головой о скат кровли.

Стук повторился, уже более громкий.

– Кто там? – крикнул Заволод, спуская ноги с лежанки.

Проснулось и захныкало какое-то из его младших чад. Заволод пошел к двери и отворил. Снаружи просунулась Горлица в наспех наброшенном на плечи беличьем кожухе.

– Отец не у вас? – спросила она в темноту, но тут и сама поняла, что здесь все спят.

– Затворите дверь, сквозит! – закричала Заволодова жена.

Заволод втянул Горлицу в избу.

– Какой отец? – спросонья он ничего не понял.

– Какой – Вратимир! – полушепотом воскликнула Горлица, тараща глаза, чтобы разглядеть его лицо.