Хазарский меч

 – А более мы не сможем – работать некому.

– Поход зимой – пахать в это время не надо.

– А если войско до пахоты не вернется?

– А если мой отрок вовсе не вернется? – подхватил какой-то мужик. – Я другого враз из глины не сделаю, как болвана вашего, чтобы было кому за скотиной ходить да сено косить.

– Возьмем добычу – свое жито не потребуется! – убеждал их Ярдар.

– Это ты, молодец, говоришь, потому что сам землю не пашешь! – сурово ответил ему другой мужик, и прочие закивали. – А нам так рассуждать не годится, мы на земле сидим, в нее прах своих отцов кладем, она нас кормит. Бросить ее в небрежении – свою мать оскорбить, и тогда уж нам ни в чем доброй доли не будет.

– Не лучше будет ни земле, ни матерям, ни детям нашим, коли хакан разорит нас! – внушал сородичам Заволод. – Да и зачем нам по щелям жаться, мы мужи или мыши? И мы не слабее других! Или мы, вятичи оковские, горазды только песни слушать, как витязь со змеем воевал, а как свой змей показался – мы под лавку? В подпол забьемся? Сами новую славу добудем, чтобы внуки наши нами гордились, а не витязем из басен!"

"– Не нам это надо, а хакану, – Вратимир качал головой. – А внуков на смерть посылать, чтоб хакану угодить – какая ж в этом честь?

Ярдар снова достал из ларя и показал хазарский доспех, надеясь, что хоть вид меча и шлема вдохнет отвагу в души вятичей, но помогло мало: они лишь дивились и рассуждали, сколько железа пошло, а один даже брякнул:

– С одной этой шапки железной пять топоров или наральников сковать можно!

– А серпов! – подхватил другой.

– Тебе, Заволодко, сия шапка по голове пришлась – надевай да ступай за тридевять земель Зарю-Зареницу от Кощея вызволять! – сказал еще один, и все засмеялись.

Заволод скривился, будто хотел сплюнуть, глаза его гневно сверкнули.

Спорили долго, Ярдар аж охрип. Но лучшее, чего он добился – это согласия Вратимира изложить все дело вятичам во время гощения – и разрешить Заволоду высказать доводы в поддержку похода, – но общее мнение склонялось к тому, чтобы дать одного отрока из десяти и не более. Едва ли Азар-тархан будет доволен таким исходом. Оковская рать окажется маленькой и ненадежной: из юных, неженатых отроков воины не самые лучшие, да и разбегутся они при первом признаке неудачи. Если бы Вратимир верил, что это необходимо, если бы призвал на ратников благословение богов, все пошло бы по-другому. Но он лишь с трудом и неохотой мирился с необходимостью, чтобы отвести явную угрозу хаканова гнева.

Отъезд Вратимира в гощение был назначен на днях – снег, уже выбеливший землю, звал в дорогу. Ярдару, в свой черед, пора было собираться домой, пока можно доехать верхом, не увязая по грудь.

Но кое-что делало мысль о скором отъезде мучительной. Днем и ночью Унева не шла из ума.