Мажорный поцелуй

Пойду-ка, искупнусь, пока волны не слишком высокие.

Хлыщ как ни в чем не бывало разделся и с радостным гиканьем побежал к воде. Все надежды Яны вдруг разбились вдребезги, и пустоту в душе заполнили невыносимые боль и отчаяние. Она села на песок и громко зарыдала. Ей уже было совершенно наплевать на собственное здоровье, на то, что ей нельзя сидеть, на то, что, операция пойдет насмарку и ее может парализовать. Яну больше не интересовало ничего — она осталась у разбитого корыта: одинокая, униженная, брошенная, без денег, без будущего.

* * *Маркел с Машей сидели на той же невысокой скале и любовались открывавшимся оттуда пейзажем. В отличие от большинства курортных мест, здесь поблизости было очень мало отелей, поэтому туристов в окрестностях ошивалось очень мало. Маркел, задумавшись о чем-то своем, смотрел на горизонт. Судя по волнам, приближался шторм. Маркел любил такую погоду — когда природа демонстрирует свою силу. Он сел рядом с Машей и приобнял ее за плечо.

— Не холодно?

— Прохладно, но терпимо.

Вдруг они заметили, как на пустынный пляж вышел Хлыщ и не спеша пошел к воде.

— О, какие люди. Наш вчерашний — знакомый.

Минут через пятнадцать со стороны клиники по тропинке к нему спустилась Яна. Она чуть ли не бегом подлетела к нему и поцеловала.

— Голубки никак не налюбуются друг другом, — холодно прокомментировал Маркел.

— Может, уйдем отсюда? Зачем тебе бередить рану, — предложила Маша и попыталась встать.

— Нет, все нормально. Сиди, — парень остановил ее, взяв за руку.

Они молча продолжили наблюдать за происходящим. Не было абсолютно ничего слышно, но Маркел и Маша без слов поняли, что между парочкой произошла серьезная ссора. Яна пыталась что-то сказать Хлыщу, после чего закрыла руками лицо, села на песок, и ее плечи задергались от плача. Тем временем Хлыщ, с безразличным видом развернувшись, разделся, вошел в море и, ритмично взмахивая руками, поплыл к буйкам, стремительно отдаляясь от берега."

"Маркел с каменным лицом смотрел то на парня, то на свою бывшую возлюбленную. Не нужно было обладать сверхпроницательностью, чтобы догадаться, что произошло. Этот подонок использовал Яну и бросил, как ненужную игрушку. Маркелу было жаль ее, но не больше. Любовь, которой он жил и которая придавала ему сил все это время, ушла. Но к Хлыщу ненависть усилилась в стократном размере. Маркел стянул с себя футболку с шортами и поднялся.

— Ты куда? — спросила Маша с волнением.

— А вот теперь я запрещаю тебе смотреть.

Он положил рядом с ней одежду и спустился на пляж. Маша послушно повернулась спиной к морю. По тону Маркела она поняла, что прекословить и пытаться его убедить в чем-то нет смысла.

* * *Яна вытерла рукой слезы, всхлипывая, подняла глаза и посмотрела на море: вдали у самых буйков виднелась голова Антона.