Жестокая любовь мажора (СИ)

— Вообще. После того случая. Он отвратил меня от алкоголя.

Я поджимаю губы и киваю, немного находясь в шоке.

— А у меня не было безработного времени, — возвращаюсь зачем-то к предыдущей теме. — Так что, я бы сказала, сейчас моя жизнь мне нравится больше.

Илай вскидывает брови, проводит пальцами по губам.

— Я думал, девушки с детьми устают и только мечтают о свободном времени.

Я делаю еще один глоток прохладного шампанского и чувствую, как немного расслабляюсь.

— Ну не без этого. Устаю, но больше от своего ритма жизни, а не от ребенка. — Молча переглядываемся. Вот мы и коснулись вопроса, к которому я как-то и не планировала подводить сейчас. Но что уж теперь. — В материнстве есть свои прелести, знаешь ли. Этот маленький человечек отдает тебе всю свою любовь, и какой бы тяжелой ни была моя смена, когда я возвращаюсь домой… — пожимаю плечами, задумчиво опуская взгляд в бокал, — я будто перерождаюсь. — Поднимаю взгляд. — Понимаешь?

После короткой паузы, Багиров произносит серьезно:

— Если честно, не очень. Но я бы хотел понять.

Глава 26

Багиров поднимает руку, проводит себе по волосам, по лицу и прячет ее в карман. Я тоже не блещу умом в переговорах, поэтому молча кусаю изнутри щеку. Это он типа намекнул, что хочет прочувствовать все отцовские прелести? Или что?

— Давай только сегодня спокойно поговорим, ладно? — начинает он, будто боится моего молчания. — Я понимаю, что у нас все складывается непросто, но… — нервно царапает нижнюю губу зубами. — Но я бы хотел прийти к чему-нибудь. Я знаю, что не подаю надежд в твоих глазах, но, может быть, я стал бы… неплохим… отцом? — на его лице сейчас такое выражение, что мне самой становится страшно. — Я, правда… черт знает, как это все устроено, и врать не буду… мне пока сложно до конца все осознать и принять, но я мог бы… я хотел бы, чтобы мы оба дали друг другу шанс.

Вау… Это было… впечатляюще. Настолько, что у меня начинаются признаки тахикардии. Я поглядываю на бокал, но, боюсь, если сделаю очередной глоток, возможность говорить членораздельно меня покинет окончательно.

Глубокий вдох распирает грудную клетку.

— Ну… — выдыхаю, чувствуя легкое головокружение, — мы можем попробовать начать с ма́лого.

Илай внимательно смотрит на меня, ожидая продолжения, которое я толком-то и сформулировать не могу.

— Эм-м… — я прячусь за бокалом, все-таки делая еще один глоток. Последний! Потом ставлю шампанское на импровизированный стол и начинаю расхаживать взад-вперед, взволнованно потирая руки о бедра. Смотря то на небо, то себе под ноги.

Что я могу предложить, чтобы не выглядеть идиоткой? Хотя, уверена, уже так выгляжу. Жесть какая-то. Почему мне так сложно с ним разговаривать? Не должно ли быть наоборот?"

"Я останавливаюсь, задохнувшись волнением.