Вредина для мажора

Не только для себя. Хотелось, конечно, спросить, как у Филатова самочувствие. Но не будить же его. Поэтому я сделала сырников и оставила их на столе, вместе с витаминками. Рядом записку положила: «не забудь выпить, а то никогда не поправишься».

Ушла молча, стараясь не шуметь. Пока ехала в полупустом трамвае подумала, зачем написала записку? Ну что за глупости? С ума сошла в конец?

На работе, к моему удивлению, утром активно шел народ. Я до часу присесть толком не успела. Крутилась возле машинки, чаи варила. Директор еще заколебал, то ему фотку десертов пришли, то переставь их, то тарелки поменяй. Тоже видать с той ноги встал.

Замоталась, конечно, знатно. К шести вечера зевала, ноги гудели. Ни о каких поисках квартиры речи не было. А надо бы. Итак, слишком долго живу у Ромы. Неправильно как-то. Еще и домашку готовить. Там задали прилично, но к счастью, не все на завтра. Будет время. Если не днем, то ночью.

В десять я поглядывала на часы. Людей не было, а усталость брала вверх. Кажется, когда из тебя соки выжимают, никаких мыслей в голове не должно быть. Но у меня почему-то были. Проклятый Фил. От него сегодня никакой весточки. Даже дурацкого сообщения.

Я стояла спиной к дверям, разминая шею. Массаж не помешал бы. Колокольчик дернул, и с моих губ слетел тяжелый вздох. Ну, кого там нечистая принесла. Кофе пить на ночь вредно.

Повернулась и замерла.

- А я за чаем и десертом, - улыбнулся Рома, проходя мимо. Выглядел он в разы лучше. Бледность куда делась. Словно не болел вовсе.

- А что ты… зачем приехал? – откровенно не поняла я, разглядывая его. Белая майка, потертые голубые джинсы, поверх какая-то олимпийка и найки.

- Эй, я заразил тебя что ли? – Фил неожиданно подошел, да настолько близко, что я просто среагировать не успела. Он наклонился, и коснулся ладошкой моего лба.

Кажется, в легких опустело. Кажется, земля поплыла.

- А? – я посмотрела из-под опущенных ресниц на него, пытаясь не сгореть от дикого смущения.

- Вроде не горячий, - ответил Рома, нагло рассматривая меня. Его карамельного отлива глаза переливались чем-то теплым.

- С у-ума сошел? – спустя секунду сознание вернулось, и я все же смогла оттолкнуть Филатова. Однако скулы не перестали гореть. Я опустила голову и поплелась за барную стойку.

Это Вселенная так издевается? Сердце, прекращай отбивать безумный ритм. Это же Рома. Тот самый придурок, который создал мне море проблем. Только сердце почему-то не хотело слушать.

- Сделаешь мне чай? – напомнил Филатов, усаживаясь на диванчик.

- Мы скоро закрываемся, - буркнула себе под нос.

- Ну и отлично.

Я ничего не ответила. Взяла термос в виде чайника, куда мы сливали горячий пунш. Он хорошо держал температуру, до десяти часов. Налила напиток в картонный стаканчик и глянула в сторону холодильника с десертом.