Беременна от мажора

Их деспотичный, удушающий контроль в двадцать лет — это ненормально, и, уж конечно, не им решать, рожать мне малыша или делать аборт. Но первая реакция — бежать за отцом, потому что мне страшно и одиноко. Я ни разу не держала на руках младенца, очень боюсь рожать и еще больше боюсь остаться голодной.

— Ты молодец. — Гладит мою руку Катя. — Все правильно. Так жить нельзя.

— Пойдемте яичницы нажарим, — зазывает всех в квартиру Гена. — Я там колбасы купил и несколько луковиц. Хлеб вроде остался.

— Сейчас Машка приедет, ей мамка целую сумку привезла из родного Саки, — подмигивает ему Катька.

— Я, как зарплату получу, ту что мне назначили, сразу все отдам.

Мне очень стыдно, что они меня кормят, хотя сами перебиваются. Нужно найти подработку в интернете, переводить онлайн.

— Ладно, потом на твои будем питаться. — Крепче обнимает меня Катя, поглаживая плечо. — Я в инсте нашла одного психолога и все подряд посты его читаю. Тебе надо отвлечься. Ибо зуб даю — ты привыкла, и у тебя сейчас случится защитно-бессознательная травматическая связь с агрессором, вернее, с твоими родаками. Ты будешь задумываться о том, что легче жить под их гнетом, чем вообще без них. Но ты это брось. Ты поступила правильно."

"Молча соглашаюсь с ней: конечно же, мне очень плохо. Не могу пока успокоиться и жить дальше. Тяжелый для меня шаг и очень трудное решение, так резко и сразу полностью откреститься от строгих родителей.

***Я выхожу из женской консультации, сжимая в локте ватку. Кажется, из меня выкачали целый галлон крови. Чтобы не упасть в обморок запихиваю в рот пару кусочков черного шоколада. Катька сделала мне несколько бутербродов, но я решаю, что съем их на работе вместе с чашкой горячего чая. Кофе я пить перестала, говорят — это вредно для малыша.

Добравшись до офиса, я предъявляю пропуск охране и поднимаюсь наверх на лифте. Мое самочувствие немного отличается от обычного: я все время хочу спать и есть, но при этом меня подташнивает по утрам. Это очень странно. Из-за анализов я пришла чуть позже положенного.

Потянувшись к ручке нашей с Машкой каморки, я отшатываюсь, столкнувшись в дверях с Димой.

— Опаздываешь, — смотрит он прямо на меня.

Наши глаза встречаются, и глупое сердце подпрыгивает, отчаянно дернувшись, я по-прежнему остро реагирую на него, хотя очень злюсь на себя за эту глупость. Он не поверил мне, он решил, что я спала с его отцом, фактически он предал меня.

— Сдавала анализы и отпросилась у руководителя, — продолжаю смотреть ему прямо в глаза.

Нет смысла скрывать. Он ведь знает, что я беременна. Он тоже смотрит. Это волнительно. Не будь я в таком отчаянии, я бы даже пожалела Диму в связи с тем, что его настолько достал отец, что он никому не доверяет. Но я на него очень-очень зла.