Мажор по соседству. Сердце на куски

Открываю калитку и ловлю на себе пару оценивающих взглядов. Кто-то даже свистит, а один парень позволяет себе с улыбкой облизнуться и выдать самоуверенное:

— Хэй, красотка, ну что, знакомиться будем?

— Не думаю, — отвечаю одному, а сама не могу оторвать глаз от крепкой, широкой спины Таракана.

Он кинул в мою сторону совершенно пустой, незаинтересованный взгляд и снова отвернулся, больше не обращая на меня никакого внимания. Никакого!

Рот наполнился горечью.

— Жаль, могли бы зависнуть на радуге, — подмигнул мне все тот же парень, а я ему.

Не удержалась. Грешна.

— Я уже там, — помахала и потопала дальше по направлению к ближайшему мини-маркету, собираясь купить себе совершенно ненужный мне жевательный мармелад и ледяную минералку, которой дома полным-полно.

И пока я шла, кровь пульсировала по венам все сильнее и сильнее, отбивая заунывные гимны в моей голове. Так сильно, что почти оглушило. Придавило – не вздохнуть, не выдохнуть. А перед глазами бегущей строкой четко читается лишь одно: «сосед даже со мной не поздоровался».

Будто бы мы и вовсе не знакомы. Или он так себе обозначил, утилизируя все наши прежние стычки и перепалки в ментальном мусорном ведре.

В магазинчике хватаю невидящим взглядом какую-то ерунду, забывая напрочь про мармелад и минеральную воду, а затем припускаю обратно, в странной надежде еще раз встретиться с соседом и уж теперь обратить его взор на себя. Но тщетно. У калитки Егора больше нет. И во дворе он больше не гуляет со своим псом.

В лифте одна. На площадке тишина. И я, по сути, не получив ничего от нашей встречи, зашла домой и обессиленно привалилась к двери. Через минуту достала и разблокировала телефон, а затем зашла на страницу соседа. Сердце пропустило удар – я по-прежнему в «черном» списке. Попробовала подглядеть с рабочего аккаунта – но у него теперь и профиль был закрытый.

Всё.

В совершенно непонятной бессильной злобе отшвырнула от себя телефон и пошла на кухню готовить завтрак, чтобы отвлечься. Блинчики, поджаренный бекон, свежие овощи и фрукты. Но и есть мне пришлось в одиночестве. Маму срочно вызвали в один из филиалов клиники, какой-то форсмажор.

И она умчалась. А потом и домой явилась почти за полночь. На утро на столе в гостиной обнаружился еще один пышный букет. Роман на лицо – мама с каждым днем улыбалась все лучезарнее, а на вопрос про отца только сказала:

-— Игорь все решит. Пронин к тебе больше не сунется.

— Оу...

И полетело время. Днем подработка в клинике, а утром и вечером сплошные попытки пересечься с соседом. Осознанные или нет – я анализировать не собиралась. Просто меня бесил сам факт того, что он больше не обращал на меня совершенно никакого внимания, с Куки в дворе больше не гулял и в лифте со мной больше не пересекался.