Мажор на перевоспитании

Договариваемся вечером сходить в кино, и тут как раз Мишаню атакуют вот такие девчонки, о которых я сейчас рассказывала.

– А вы же Миша Королев, да?

– А можно автограф?

– Миша, а можно мне тоже?

– И фоточку?

Развожу руками, улыбаясь. Пусть фоткается, конечно, я ничего против не имею. Правда, у меня некоторые воспоминания связаны с вот такой историей – фото, автограф, поцелуй Ромы Шумского.

Кстати о Роме. Нет ли его где-нибудь рядом? Сто процентов должен быть, такую сцену пропускает же!"

"Оглядываюсь, немного отойдя в сторону, но морды Шумского нигде не замечаю. Терпеливо пережидаю, пока нашествие фанаток отхлынет от Миши, но одна из девушек оказывается особенно навязчивой. Продолжает болтать с Королевым уже после фото и получения автографа. Парень мило улыбается ей, хотя и не очень активно поддерживает ее болтовню. Когда смазливая блондинка отваливает от него, Миша подходит ко мне и смотрит так, словно оправдывается за уделённое фанаткам время.

Нет, ну само собой, они смотрят на него. Он симпатичный. Русый, с короткой стрижкой, милым круглым лицом и такой искренней широкой улыбкой. Действительно милый Мишаня, а я… да нет, нельзя сказать, что ровно дышу, раз даже немного ревную к этим лохудрам.

– Какая-то боевая девчонка, – отшучивается Королев про свою фанатку.

– Заметно, – непонятным тоном отвечаю.

– Тебе это не понравилось, да?

– Миш, я все понимаю. Не первый день футболистов знаю.

И ты не первый, но это уже вслух не говорю.

– Иногда они бывают немного наглыми, – признается Миша.

– Ладно, Миш, до вечера, – тянусь, чтобы чмокнуть его в щеку, и как раз в этот момент замечаю Шумского, выходящего из дверей стадиона.

Настроение портится за секунду.

Миша усаживается в машину, и я слежу, чтобы он уехал и не видел, как Шумский начнет язвить и подкалывать. А он будет, к гадалке не ходи.

Вальяжно нахлобучив клубную кепку на голову козырьком назад и пряча глаза за круглыми чёрными очками, Рома жует шоколадный батончик из автомата.

Одариваю его не очень приятным взглядом и собираюсь пройти мимо, убрав по привычке руки в карманы, но Рома не может просто так пропустить меня.

– Как дела с девственником, Анют? Не обижает? А то сигнализируй, если что, я помогу.

– С чем?

Шумский опускает руку с шелестящей оберткой, другой рукой снимает очки и смотрит так, что хочется спрятаться. Так, как только он умеет.

– С чем захочешь, – почти шёпотом отвечает.

Прикрываю глаза и выдыхаю. Нет, Шум, твои взгляды и пошлый шёпот со мной больше не работают.

Выдавливаю крокодилью улыбку, подхожу ближе, и пока Шумский разглядывает меня и облизывается, вырываю у него остатки шоколадки и забираю себе. За секунду доедаю уцелевший кусочек и выкидываю бумажку в мусорку в паре метров от нас.