Училка и мажор

Как же он ее любит! А ведь стыдно признаться ей. Засмеет ведь. Крутой гонщик, покоритель не только трасс и виражей, но и сотен девушек, вдруг влюбился как простой пацан.

Так и быть. Он признается ей… сначала в своих чувствах, а потом уже в том, что сделал…

Но радость от принятого решения вдруг померкла от увиденного. Марина шла как-то странно, словно пьяная. Ее мотало и качало во все стороны, ноги заплетались как у заправского пьяницы. Побежав к ней, он чудом успел подхватить ее, спасая от падения. Марина упала в обморок. Встряхнув ее, похлопал по щекам.

– Марина! Что с тобой? – какой-то панический страх стал вылазить изнутри, пожирая органы противным холодом.

Его действия никак не помогали, Марина была без сознания.

Что с ней такое?

Его самого стало потряхивать. Поэтому ничего не осознавая, Марк словно в бреду заорал:

– Срочно! Скорую! Вызовите скорую!

Пытаясь нащупать пульс и уловить ее дыхание, он немного успокоился, удостоверившись, что есть и то, и другое.

Проходившие мимо люди уже вызвали скорую, а девушка, представившаяся врачом, начала осматривать Марину. Держа ее в своих руках, Марк отнес ее на ближайшую скамейку, позволяя доктору провести осмотр.

Его не покидала мысль, что вся эта ситуация очень уж похожа на ту, что произошла много лет назад… его мама так же рухнула в руки его папы, когда с ней случилось страшное.

Что же произошло с Мариной? Может она больна?"

"На секунду Марк вдруг вспомнил разговор с матерью, они говорили о судьбе, о родовых грехах и проклятиях… Может ему все это за что, что когда-то давно произошло, а он об этом и не знает?!

Глава 44

Марк

– Что с ней? – потребовал Марк ответа у женщины, что осматривала неподвижную и бледную Марину.

Откуда-то издалека уже нарастал сигнал скорой помощи.

– Похоже на простой обморок, – посмотрела на него врач. – О причинах не скажу, – опередила она Марка, готового задать новый вопрос. – Это покажет детальное обследование в стационарных условиях.

Господи! Только бы ничего серьезного! – мысленно взмолился Марк, и впервые за всю свою жизнь он обращался к Богу.

Подъехала скорая. Очень проворно из нее выскочил сухонький дедок и посеменил к ним так быстро, что медсестра с чемоданом едва поспевала за ним. Картина была настолько умильной, что Марк обязательно бы от души посмеялся, если бы не волновался так сильно. Сейчас все его мысли были заняты Мариной, и он не мог отвести взгляда от ее лица. Милого, родного, любимого, самого красивого, но такого бледного…

– Расступитесь, кому сказано! – гаркнул дедок неожиданно сильным басом. – Толпятся тут… работать мешают, – бормотал он, приступая к осмотру.