Училка и мажор

В последние дни недосып скопился, и еще до того, как Марк предложил мне выпить шампанского за начало совместного отпуска, меня уже активно клонило в сон. А потом и вовсе разморило. Я и не заметила, как отрубилась, стоило мне только удобно устроиться на импровизированном ложе, в какое умелыми манипуляциями бортпроводницы превратилось мое сидение. И потом меня разбудил Марк. Казалось, что прошло лишь мгновение, а не несколько часов. Я даже снов не видела. Зато чувствовала себя отдохнувшей, правда, недолго. Сразу же после пробуждения начался мой личный ад. Вот уж не знала, что в самолете меня будет так мутить. Да и откуда я могла это знать, если не летала раньше? Как бы там ни было, но покидала я этот частный и во всех смыслах удобный самолет с превеликой радостью. И даже дождь меня уже не смущал, хоть ему я и не переставала удивляться.

Кто бы сомневался, что прямо у трапа нас будет ждать черная тонированная иномарка. Я бы с удовольствием помокла под тропическим ливнем и надышалась озоном и влажными испарениями с асфальта, если бы Гессер меня буквально не затолкал в машину.

– Ну вот… даже за пару метров умудрились вымокнуть до нитки… – ворчал он, а мне было смешно и почему-то очень легко.

Вспомнилось детство, когда мы с подругами обожали носиться босиком под дождем. Летом, конечно же! Вымокали именно до нитки, но каким же мы счастливыми и беспечными чувствовали себя тогда! Прямо как сейчас… И природу этого чувства я не понимала – откуда оно взялось, если даже тошнота пока не прошла?"

"За короткий промежуток времени, что провела в машине, меня снова укачало.

– Давай немного постоим тут? – попросила я Марка, поднявшись на гостиничное крыльцо и укрывшись от ливня под козырьком.

Дождь шел стеной при совершенном безветрии. Никогда раньше такого я не видела и в этом тоже находило определенное очарование. Ну и мне хотелось надышаться полной грудью, прогнать дурноту. Правда, и воздух из‑за дождя казался густым и каким-то липким.

– Двигаем дальше? – немного сварливо поинтересовался Марк, когда мы с ним простояли на крыльце минут пять.

Надо отдать ему должное, все это время он проявлял чудеса терпения. Мне же значительно полегчало. Глядя на раскидистые пальмы, что росли по бокам от подъездной дороги, я пока еще все равно с трудом верила, в какой дали от дома оказалась. Да еще и на острове посреди бескрайнего океана. И это я, которая толком никуда не выезжала за всю свою жизнь. На самолете летела впервые, как и оказалась на курорте. Должна ли я сказать за это Гессеру спасибо? Невольно задумчиво посмотрела на него, и конечно же, мой взгляд не укрылся от него.

– Что? – взлетели его красивые брови.