Мажарин

Высмеивать их горе, боль, обиды и кощунственно танцевать на надгробной плите кровавого прошлого, которое они похоронили. Вся боль еще не ушла окончательно, но уже перестала иметь над ними всецелую власть и перестала управлять их действиями.

Марина должна смеяться громко, чтобы перекричать призраков прошлого и прекратить сомневаться, что имеет право на счастье. Иначе ее сомнения отнимут счастье у него.

Темный потолок вдруг посветлел. Это внизу у подъезда проехала машина, и свет фар, попав в окно, на миг развеял полумрак, царящий в спальне.

Подождав, пока в комнату снова вернется таинственная темнота, Стэльмах приподнялась на локте и посмотрела Мажарину в лицо.

— Сереж, скажи, а ты любил кого-нибудь после меня?

— Чего? — с насмешкой переспросил он.

— Любил ты кого-нибудь еще? Ну были же у тебя бабы! Были же!

— Не было.

— Врешь.

— Не было.

— Врешь! Скажи! Я просто спрашиваю. Ругаться не буду. Мне интересно.

— Угу, — хмыкнул Мажарин, — сначала тебе просто интересно, а потом мне так же очень просто наступит пиздец.

Его невозмутимость рассмешила Маринку. Так, продолжая смеяться, она уткнулась лицом ему плечо. Смех мягкой вибрацией проник сквозь кожу, внутри стало тепло — Сергей обнял крепче женские плечи.

Не ревновала она. Даже если допустить, что после нее Мажарин менял баб как перчатки, злости этот факт не вызывал. Ей такое довелось пережить, что не до банальной ревности. Они с Мажариным столько испытали и перенесли — их чувства безраздельно больше, чем просто любовь. Их чувства намного крепче, чем любая другая привязанность. Они друг другу ближе и роднее, чем любовники, потому что не только любовью связаны.

Их встреча перевернула жизнь обоих. Страсть поглотила, а нежданная любовь — почти уничтожила, но именно она не дала сломаться окончательно.

Именно она помогла выстоять и сделала сильнее. У Сережи был выбор. Он мог никогда не возвращаться. Но он вернулся. После всего, что случилось, после всех страданий и потрясений он все равно к ней вернулся.

Кто еще на такое отважится? Как вообще можно на такое отважиться?

Только ее Мажарин сможет. Ее Мажарин смог.

— Не любил я никого, — сказал Сергей серьезно.

— Не любил?

— Нет.

— Ты только меня любил, да? — уточнила Маринка и расплылась в довольной улыбке.

Он видел эту улыбку в неглубокой темноте комнаты. Он слышал эту улыбку в хмельном голосе."

"— Только тебя, — и сам улыбнулся, чему-то порадовавшись.

— Как здорово, хоть и врешь. Но молодец: знаешь, где врать. — Поцеловала его в щеку.

Смачно чмокнула, со вкусом и со звуком. Приподнялась выше на подушке, заерзала на постели. Вся прижалась к нему, закинув ногу на бедро.

Чтобы каждой клеточкой его чувствовать, а не только губами.