Mayday. Я влюбляюсь

И на кой черт, говорится, бросал ее?

– Тише, тише, моя храбрая маленькая женщина, – сладко шептал Алик на ухо, гладя Нику по голове, целуя лицо и волосы."

"Он вспоминал, как гнал на предельно возможных скоростях, как орал на «Сири», когда та не могла найти информацию по нужному рейсу. Вспоминал, как проснулся в одиночестве, и на короткий миг его мир рухнул. Боже, как он боялся, что Вера не примет те чувства, которыми пылала ночью, что спишет все на опасность, страх, временное помутнение рассудка или бог только знает еще на что.

Нет, он всегда любил ее, не нуждаясь в ответном чувстве. Много лет к ряду. Загнал ее на самую кромку души, чтобы меньше тосковать по ней, потому что знал – совсем забыть не получится никогда. Он соглашался с таким раскладом каждый день, пока… пока она не зажгла его. Пока не поцеловала, не простонала его имя. Теперь, единожды вкусив, ощутив своей, он больше не сможет ее отпустить.

Динь-дон.

В их крохотный мир ворвался посторонний звук. Ника в последний раз всхлипнула и подняла трубку.

– Пятнадцать минут до посадки, – сообщила Маша, и ее тон был далек от спокойного.

Ну что еще?

– На Южный опускается густой туман, ближайшие аэропорты тоже закрыты, до других не дотянем. Командир обещал сделать все возможное, но… полностью топливо выработать не получится, иначе не успеем сесть. Видимость прогнозируют нулевую. Нужно готовиться к аварийной посадке.

Глава 23

NF – Can you hold me (feat. Britt Nicole)

Боль, такая острая, как кончик лезвия. Затылок болел так сильно, что Ника не сдержала стон. Выдохнула. Грудь стянула тяжесть. С трудом моргнула, в ушах усилился звон. Она стиснула зубы и попробовала открыть глаза. Пудовые веки не слушались, вокруг все плыло.

– Не двигайся, – раздалось над ухом.

Слегка выпрямила шею, движение отозвалось мучительной болью в позвонке. И все же повернула голову, увидела рыжие волосы. Сильнее вцепилась пальцами в мужскую спину, осознав, кто с ней. Алик. Он сжал ее едва уловимо в ответ.

Губы Ники задвигались, она что-то хотела сказать, пыталась. Что – сама не знала.

– Тише, тише.

Алик успокаивал ее, гладил плечо, закрывал собой. Да, Ника вернула способность мыслить и нашла себя в углублении перед кабиной пилотов. Белозеров прятал ее, принимал все толчки и удары беснующейся толпы, что двигалась бурным потоком к аварийному выходу. Он укрывал ее подобно одеялу от ужаса реального мира. И рядом с ним было так тепло, не страшно в этот жуткий миг. Он гипнотизировал взглядом, заставлял забыть о невыносимой боли. Он целовал щеки, нос, лоб, и будто в голове становилось яснее.

Ника заглянула Белозерову за плечо, и все тело ее невольно напряглось. Как в замедленном действии, Маша махала рукой, призывала пассажиров двигаться быстрее, кричала команды.