Матрешка в перьях

Лавируя между подвыпившими людьми, я поспешила в том же направлении, стараясь не упустить Эжени из вида. Но в конце концов разглядела: кусок шелка, расшитый блестящими пайетками, накинут вовсе не на Буданову, его несет в руке стройный шатен в сером пиджаке. Мне удалось настигнуть незнакомца у порога.

– Простите, где Эжени? Она с вами?

– Не знаю никакой Жени, – на ходу, не оглядываясь, бросил парень.

Я бесцеремонно схватила его за локоть.

– У вас шаль моей подруги!

Гость тусовки оглянулся, и я ахнула, узнав в нем того самого мужчину, который унес в свой внедорожник убитую на улице женщину.

– Это ваш шарф? – отрывисто спросил он и поправил прядь волос, свалившуюся на лоб. На одном из его пальцев сверкнул перстень-печатка с черной вставкой.

– Эта вещь принадлежит моей няне, – путано залепетала я, – она дала ее Эжени, потому что… Как вас зовут?

– Николай, – представился незнакомец. – Шарф пару секунд назад я нашел на полу и хотел отдать его в гардероб. Но если вы знаете владелицу, держите.

Я машинально взяла шарф, и тут ко мне вернулось самообладание.

– Спасибо, что не оставили его на полу. Вы, наверное, на машине? Подвезите меня, пожалуйста, до метро. Уже поздно, страшно одной идти.

Мужчина погасил светскую улыбку.

– Попросите обслугу вызвать такси.

Я взмолилась.

– Очень вас прошу! Доеду с вами только до подземки… ужасно боюсь темноты…

Николай криво ухмыльнулся.

– Девушка, вы действуете слишком откровенно. Я не любитель профессионалок, поищите другого клиента. И верните шарф. Понимаю теперь, что он вовсе не ваш.

Николай дернул шаль, но мои пальцы крепко держали ее.

– Я не проститутка, а подруга Эжени. Она с вами? Мне нужно срочно с ней поговорить.

– Отстань. Пить меньше надо! – схамил парень.

Я открыла рот, и тут за спиной раздался громкий звук выстрела. Я машинально пригнулась и замерла на мгновение. Послышались вопли:

– Ура! Ура! Поздравляем!

Обернувшись, я увидела, что в центре зала установили огромный торт, из середины которого бьет разноцветный фейерверк. Оркестр заиграл туш, присутствующие принялись аплодировать и скандировать «Жан-на, Жан-на, Жан-на». Я живо повернулась к Николаю – и обнаружила, что того нет.

Проклиная на все лады салют, я кинулась в вестибюль и спросила у швейцара:

– Видели, куда пошел мужчина в сером костюме?

– Который? – зевнул служащий. – Их тут тьма.

Я выскочила на улицу, посмотрела по сторонам, потом позвонила Костину.

– Так, спокойно, – приказал Володя, выслушав мой сбивчивый рассказ. – Ты уверена, что мужчина, назвавшийся Николаем, тот самый тип, который увез убитую?

– Да-да, – зачастила я. – Как увидела его, сразу вспомнила. И еще интересный факт! Один из гостей случайно пролил на Эжени минеральную воду.