Матрешка в перьях

 – Диана Варкесовна сделает анализ ДНК и узнает, что представленная ей девица самозванка.

Ирина кивнула.

– Вот-вот! Я то же самое сказала Саше, когда та излагала эту историю. Подруга уперлась: «Нет. Илья объяснил: мать так мечтает увидеть дочь, что и не подумает ни о каких исследованиях. Вот Петр Ильич сразу бы повел внезапно обнаружившуюся Мари к экспертам, но он сейчас беспомощный, немой инвалид. А если вдруг у Дианы Варкесовны возникнет желание проверить кровь «Мариэтты», то ничего страшного, она увидит результат, который стопроцентно подтвердит их родство. Илья хорошо заплатит лаборанту, тот выдаст документ с нужными данными».

– Интересно… – протянула я.

– Самохвалов объяснил, что ему требуется, – продолжила Ирина. – Александра отправится к пластическому хирургу, а затем Илья приведет «сестру» к маме. И моя глупая подружка согласилась! Саше придумали биографию, вернее, подправили ее собственную. Якобы мать Рудаковой жила двадцать лет назад в Подмосковье, где работала на фермера, и однажды нашла в лесу маленькую девочку, которая была так напугана, что потеряла дар речи. У одинокой тетки мгновенно родился план. Она привела ребенка к себе, позвонила в Екатеринбург бывшему любовнику, с которым давно разошлась, и соврала ему: «Не хотела тебя беспокоить, но я родила от тебя дочь. До сих пор воспитывала ее, как могла, а сейчас нужна твоя помощь. Сашенька очень больна – кто-то ее напугал, девочка не может говорить. В общем, мы едем к тебе. Оплати нам квартиру, дай денег на жизнь».

– Александр Дюма отдыхает, – вздохнула я. – Диана Варкесовна непременно решила бы проверить эту охотничью историю."

"– И каким образом? – поморщилась Ирина. – Ведь все очень похоже на правду. Рудаковы, мать и дочь, появились в Нижне-Егорьевске, когда Саше исполнилось десять. Приехали они именно из Екатеринбурга. Девочку еле-еле удалось пристроить в школу, так как мамаша потеряла документы – свой паспорт, свидетельство о рождении ребенка. Говорила, что у нее в поезде украли сумку. Новые бумаги им выправил начальник местной милиции, вдовец, к которому женщина нанялась прислугой. Сашкина мама тогда еще была хороша собой, все знали, что хозяин спит с домработницей. Это уж потом, когда его со службы турнули, они стали пить водку. Начнет кто в биографии Александры копаться, концов не найдет. Наверное, еще и поэтому Жанна ее кандидатуру Самохвалову предложила, Сашка ей про свое детство рассказывала. И еще у Ильи было платье.

– Платье? – переспросила я.

Девушка встала и включила чайник.

– Да. Ситцевое, розовое, с оборками. Диана Варкесовна, ища дочь через Интернет, разместила не только ее состаренный портрет, но и детские фотографии. Под одной написала: «В день пропажи на девочке было это розовое платье».